Евгения Кравчик

«Аллах ислам»: журналистское расследование израильтянина Цви Иехезке

Столь высокого рейтинга 10-й канал израильского телевидения не достигал с момента своего основания – даже реалити-шоу «Выживание» не привлекло столько зрителей, сколько документальное кино журналиста Цви Иехезкели. Завершающая, четвертая часть фильма «Аллах ислам» еще не вышла в эфир, а телекомпании нескольких зарубежных стран, включая Россию, Бельгию и Швецию, уже вели переговоры относительно его покупки.
Левые израильские СМИ не стали дожидаться финала: они обрушились на авторов фильма с сокрушительной критикой на другой же день после показа первой серии. Но душераздирающие вопли «правозащитников» лишь подогрели интерес зрителей к теме, углубляться в анализ которой позволяет себе разве что министр иностранных дел Авигдор Либерман: нашествие мусульман в страны Западной Европы в целях превращения ее в часть всемирного халифата.
Нет, я не утрирую: именно эту цель ставят перед собой персонажи документального повествования-«экшн», съемки которого велись во Франции, Англии, Швеции, Бельгии, Голландии и других европейских странах. О халифате мусульмане говорят столь же буднично, как американцы – о вышедшей на финишную прямую президентской гонке.
Разоткровенничаться перед видеокамерой исламистов побудил израильский тележурналист и комментатор. В ходе рискованной командировки в логово окопавшихся в Европе джихадистов Цви Иехезкели, в совершенстве владеющий несколькими диалектами арабского языка, выдавал себя за… палестинского репортера! И тут же завоевывал доверие иммигрантов, большинство которых – представители четвертого (вдумайтесь!) поколения мусульман, пустивших корни в сердце западной цивилизации.
«Это – хевронская куфия, а это - так называемая арафатка», - замечает Иехезкели, укладывая в дорожную сумку клетчатые головные платки. В Европу можно лететь на отдых или за покупками, а можно и ради подготовки журналистского расследования.
Смотришь документальную эпопею Иехезкели – и содрогаешься: многие заповедные уголки Европы сегодня больше походят на города арабского Ближнего Востока. Районы компактного проживания мусульман занимают огромную площадь. Европейским здесь остается только климат с четырьмя (а не двумя, как в нашем регионе) временами года.
Лидеры крупнейших стран Европы стали осознавать, что «спящие» террористические ячейки обосновались у них под окнами и готовы «проснуться» в любой момент, лишь после американской трагедии 11/9 и последовавших за ней террористических атак в Лондоне, Мадриде и Стокгольме.

Молельные дома или террористическое подполье?

Магнус Нурель, ведущий шведский специалист по вопросам разведки, дает израильтянину Иехезкели адрес мечети: на проповедях в стенах этого богоугодного заведения звучат открытые призывы к джихаду.
В сопровождении оператора Иехезкели отправляется по указанному адресу. «Палестинских» журналистов впускают в мечеть без особых проблем: свои! На книжных полках просторного холла – брошюры, призывающие к войне с «неверными». Шведы не умеют читать по-арабски. С их точки зрения, мечеть – аналог церкви или синагоги, молельный дом. Но именно в этой «божьей обители» имамы изо дня в день индоктринируют будущих фанатиков-террористов, готовых принести себя в жертву во имя мирового господства ислама.
Подростки-мусульмане приглашают «палестинского» журналиста в гости. Скромная квартира. Мать юношей одета по-европейски, но языком страны, в которой живет уже много лет, она не владеет: ей легче говорить по-арабски. «Кем ты мечтаешь стать, когда вырастешь?» - спрашивает Иехезкели сына женщины-иммигрантки.
«Моя мечта - джихад!» - чеканит юноша, и его лицо озаряет мечтательная улыбка.
В британском городке Лутон израильтянину Иехезкели удается пройти в громадную мечеть, построенную в конце 80-х иммигрантами из Пакистана. «В свое время, приняв решение перебраться в Англию, многие мусульмане учили английский язык, - замечает автор фильма. - Однако дети и внуки первых иммигрантов сознательно избрали прямо противоположное направление: в тысячах вечерних частных школ и кружков они прилежно учат арабский язык и штудируют Коран. Четвертое поколение иммигрантов-мусульман сказало «нет!» западной цивилизации».
В монументальном здании Исламского центра в Лутоне Иехезкели интервьюирует молодого мусульманина, который с гордостью заявляет: «Ислам сегодня везде: мы 24 часа в сутки ведем активную деятельность во имя создания всемирного халифата - и мы победим».
В Брюсселе израильский журналист знакомится с членами радикальной исламистской группировки. Поначалу они предлагают своему «палестинскому» гостю присоединиться к намазу. К аллаху исламисты взывают с многоярусной автостоянки. Затем «палестинца» ведут к футуристическому сооружению Атомиум – брюссельскому аналогу Эйфелевой башни.
«Когда в этой стране вступят в силу законы шариата, бельгийцам придется изрядно потесниться, а затем и вовсе убраться отсюда», - обещает один из активистов исламистской организации «Шариат для Бельгии» (штаб-квартира европейского движения находится в Лондоне).
В ходе беседы с Абу Фаресом, членом организации «Шариат для Бельгии», Иехезкели вскользь упоминает Усаму Бин Ладена.
«Кто я такой, чтобы посметь говорить о шейхе Усаме бин Ладене?! – восклицает Фарес. – Шейх Бин Ладен - шахид, он святой!».
«Четвертое поколение иммигрантов-мусульман готовится к джихаду, - констатирует Иехезкели. - Именно это поколение и представляет собой часовую бомбу, заложенную в Европе».

Без британской чопорности и французской галантности

В Лондоне израильскому журналисту удается выйти на шейха Анджима Худари, главу местных исламистов, подозреваемого властями в подстрекательской деятельности. В интервью «палестинскому» журналисту Худари говорит то, чего никогда не сказал бы корреспондентам британских СМИ:
«Для нас одиннадцатое сентября – основа основ. После одиннадцатого сентября мусульмане всего мира вернулись к своим корням и погрузились в изучение Корана».
Катастрофа надвигается и на Францию. Согласно официальной статистике, мусульмане составляют от 5 до 10% населения этой страны, но точное их число (попробуй сосчитать нелегалов!) не установлено.
Джамаль, тренер школьников из Марселя, с нескрываемой грустью замечает: после мегатеракта в США репутация европейских мусульман оказалась подмоченной. Их имидж серьезно пострадал. К ним стали относиться подозрительно, а они – в ответ на эту подозрительность – еще больше сплотились в своей ненависти к европейцам.
«Представители четвертого поколения, родившиеся и выросшие во Франции, категорически отказываются признавать себя французами, - объясняет один из соседей Джамаля. – Но возвращаться в Алжир или Марокко они не намерены. Напротив, их цель – заявить о себе как о будущих хозяевах Европы!»
Мохаммед Мрах из Тулузы, ликвидированный в марте этого года в ходе штурма его дома спецподразделением французской полиции, - первый террорист, родившийся во Франции, напоминает Иехезкели. Прошедший обучение в лагере афганских талибов Мрах застрелил в Тулузе раввина Йонатана Сандлера, двоих его сыновей (3-х и шести лет) и 8-летнюю дочь директора школы «Оцар ха-Тора». В беседе с полицейскими Мрах выразил сожаление лишь о том, что ему не удалось уничтожить еще больше еврейских детей.
«Мы никогда не остановимся, - говорит в интервью Иехезкели один из членов ячейки бельгийских исламистов. – Нас не устрашит ни тюрьма, ни даже смерть: ведь мы погибнем «шахидами»!»
Когда у мусульманина, выкрикивающего на Трафальгарской площади или на Елисейских полях призывы к джихаду и созданию халифата, есть лицо и фамилия, когда он обращается к тебе с экрана телевизора, возникает эффект присутствия. В доверительных диалогах с «палестинским» журналистом европейские идеологи джихада утрачивают элементарную бдительность – на зрителя накатывает реальность!
«Даже свобода слова уже не является в Европе чем-то само собой разумеющимся, - подчеркивает Иехезкели. – Все основополагающие ценности западной демократии отвергаются и пересматриваются».

Ничего не видим, ничего не слышим…

Мэры многих европейских городов продолжают искать причины радикализации ислама в высоком уровне безработицы, особо остро ощущающейся в кварталах бедноты, и в сопутствующих безделью социальных проблемах. Религиозный фанатизм и антисемитизм занимают полицию в последнюю очередь. Преступления на националистической почве в двадцать первом веке? Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Факты тем временем свидетельствуют о совершенно иных процессах в джунглях мусульманских кварталов, не связанных ни с безработицей, ни с бедностью.
После того как в Бельгии был принят закон, запрещающий женщинам-мусульманкам носить чадру, здесь вспыхнула настоящая интифада. Мусульмане шли на демонстрации с железными прутами, забрасывали полицейских камнями, жгли автомобили патрульных и рядовых граждан.
В кадре – крупным планом: «Нам не нужна ваша фальшивая демократия, - орут участники антиправительственной демонстрации. - Аллах акбар!»

Новый антисемитизм

Апогей документального фильма израильского журналиста Цви Иехезкели «Аллах ислам» - интервью с Иланой Аднер, коренной израильтянкой, 36 лет прожившей в Швеции. Призвание Иланы, по ее собственным словам, – защита иммигрантов-мусульман и борьба за предоставление им гражданства. А также – борьба за мир между Израилем и палестинцами со всеми вытекающими (для Израиля) последствиями.
Много лет подряд Илана выбивает нелегалам в инстанциях вид на жительство. В доме пожилой «правозащитницы» Иехезкели не без удивления обнаруживает относительно молодого мужчину. Зовут его Башар, беженец из Ирака. «Йоредет» (так называют на иврите эмигрантов-израильтян) позволяет своему гостю не только присутствовать при съемке – он принимает участие и в беседе.
До недавнего времени Илана Аднер ходила на все антиизраильские (пропалестинские, как она выражается) демонстрации. Отправилась она на сборище мусульман и в дни антитеррористической операции «Литой свинец» («Я хотела выразить протест против бомбежек Газы, точнее – выступить в защиту мира», - объясняет она). Однако в тот злосчастный день местные евреи впервые решились провести альтернативную демонстрацию в поддержку Израиля. Шествия вылились в жуткое побоище. Мусульмане стали забрасывать евреев камнями, но местная полиция даже не попыталась призвать озверевших исламистов к порядку.
«Я никогда не ощущала в Швеции никакой опасности, - говорит Илана. – Но после той демонстрации много ночей подряд не могла заснуть. Впервые за 36 лет жизни в Европе я подумываю о возвращении в Израиль, хотя всегда считала Швецию своим домом».
На прощание защитница палестинцев признается, что в последнее время она чувствует себя в большей степени беженкой, нежели полноправной гражданкой.
- Зато Башар вашими стараниями получил шведское гражданство, - замечает Иехезкели. – Все течет, все меняется?»
«Видимо»… - соглашается еврейская «правозащитница».
…Десятки эпизодов фильма «Аллах ислам» - документальные кадры, снятые во время антиизраильских демонстраций. Смотришь – и кровь стынет в жилах: толпы мусульман, объятые слепой первобытной ненавистью к евреям, Израилю, США, к приютившей и приветившей их Европе…
Ненависть в ответ на толерантность и публичные признания в любви. Впрочем, проблема даже не в эмоциям, не в выкриках исламистов. Иехезкели приводит (и иллюстрирует документальными кадрами) факты.
В дни антитеррористической операции «Литой свинец» в здание лондонской синагоги бросили бутылку с «коктейлем Молотова», рассказывает активист местной еврейской общины.
В Антверпене молодой раввин признается: «Мы живем по соседству с неевреями и пытаемся как можно меньше светиться. Если прежде мы опасались антисемитских выпадов, то сейчас, когда речь заходит о нашем будущем, мы думаем о том, как выжить в окружении мусульман».
В Париже лидер еврейской общины Сами Гузман рассказывает: в 2000 году у входа в небольшую синагогу в предместье французской столицы бросили бутылку с зажигательной смесью. С тех пор здание синагоги тщательно охраняется - у входа установлена камера слежения.
Адвокат Шауль Бакуше подает в суд иски по поводу антисемитских акций во Франции.
«Выходить на улицу в кипе опасно», - признается он.
Амнон Цубара приехал из Израиля в шведский город Мальмо 27 лет назад. Подобно многим «йордим», открыл фалафельную. Однако несколько лет назад ему пришлось закрыть свой бизнес: мусульмане вытеснили со своей территории «вражеского» предпринимателя. Это неудивительно: в Мальмо они составляют пятую часть (!) населения города. Из-за нашествия мусульман евреи оказались в гетто: при входе в детские сады, школы и культурные центры установлены видеокамеры. На прогулки малышей водят примерно так же, как зэки гуляют по тюремному двору.
Яэль, дочь Амнона Цубары, признается в беседе с Иехезкели: «В школе я стараюсь не распространяться о том, что я еврейка. 60% моих соучеников – мусульмане. При таком раскладе лучше скрывать, кто ты и что ты».
Раввин Шнеор Кессельман настолько запуган мусульманами, что опасается быть откровенным даже в беседе с журналистом-израильтянином: излишняя болтливость дорого ему обойдется.
«Направленные против евреев акции устраивают молодые люди, выходцы из ближневосточных стран», - так описывает молодой раввин местных антисемитов.
«Я вообще-то называю их мусульманами», - уточняет Иехезкели, впрочем, не вызвав у раввина никакой ответной реакции. Осторожность – залог выживания. Кареглазый израильский востоковед уедет домой, на свой ближневосточный вулкан. А евреям Мальмо жить и жить в кольце - нет, не шведов, - в окружении мусульман!
В университетах Европы усиливается новая тенденция: жгучую ненависть к Израилю мусульмане искусно переносят на европейских евреев. Иехезкели снял такой эпизод: студенты инсценировали в университетском кампусе «зверства израильских оккупантов на КПП». Несколько самодеятельных актеров облачились в форму цвета хаки, девушка исполняет роль беременной палестинской женщины. «Солдаты израильской оккупационной армии» тычут ей в живот прикладом и наотрез отказываются пропустить роженицу через КПП, хотя ей срочно требуется медицинская помощь.
Подобный спектакль (а их студенты-мусульмане разыгрывают чуть не ежедневно) воздействует прямиком на подсознание зрителей: ради того, чтобы вызвать патологическую ненависть к евреям, даже напрягаться не нужно – достаточно подложить под кофточку надутый воздушный шар, выкрикнуть предусмотренную лукавым автором реплику и бессильно опуститься на колени под дулом игрушечного «Узи».
- Так выглядит «новый антисемитизм, - констатирует Иехезкели.
Израиль готовится к арабской агрессии, галут – к новой Катастрофе
Производное «арабской весны» в Европе – не только участившиеся теракты и резкое усиление антисемитизма (напуганные мусульманскими ордами европейцы с пеной у рта защищают «бесправных» иммигрантов), но и ощутимые перемены в жизни местных еврейских общин.
А что же сами евреи? Готовы ли они противостоять клевете, бурным потоком выплескивающейся из европейских академических, культурных и политических центров?
Профессор из Парижа Жак Броши был вынужден уволиться из ректората своего университета, чтобы не чувствовать себя соучастником антисемитских акций в кампусе.
- Я еврей и не могу допустить, чтобы мое доброе имя связывали с антисемитскими акциями, - объясняет он.
Еврейский студенческий центр, в который забрел Иехезкели, смахивает на квартиру советских отказников: двери плотно заперты. Даже говорят здесь тихо, приглушенными голосами.
«Я пришел к выводу: нужно получить качественное образование, стать хорошим специалистом и… бежать из Европы», - говорит один из еврейских студентов.
«Противостоять исламистской пропаганде невозможно», - вторит ему другой. Галутные комплексы – крупным планом…

Как друзья палестинцев разоблачили журналиста-израильтянина

В Париже Иехезкели удалось проникнуть на закрытое для СМИ собрание пропалестинских активистов, готовивших очередную провокацию – коллективный полет в Израиль с последующей демонстрацией в аэропорту «Бен-Гурион».
Присутствовали на антисемитском сборище французы и так называемые «новые европейцы», среди которых выделялись две женщины (длинные до пола черные балахоны, лица скрыты под чадрой).
Иехезкели смиренно сидел в зале, но допустил роковую ошибку: прошептал несколько слов на иврите в пристегнутый к свитеру микрофон.
Услышав «вражескую речь», белокурая ведущая-француженка нахмурилась: «А вы кто такие? Кого вы здесь представляете?»
«Телевидение»…
«Какое телевидение?! Чье?!»
«Вообще-то – израильское».
«Немедленно покиньте помещение!» - потребовала организаторша провокации безапелляционным тоном. Тем временем сидевший в зале пожилой француз в накинутой поверх пальто «арафатке» возмущенно закричал: «Я видел, как эти израильские агенты зашли в местную мечеть и как выходили оттуда».
Черные дамы в «бурке» демонстративно покинули зал. Казалось, еще немного – и разъяренные друзья ХАМАСа набросятся на нашего журналиста с кулаками…
Пришлось Иехезкели ретироваться.

Бей своих, чтоб чужие боялись

BDS – европейское объединение, призывающее к бойкоту продукции, произведенной в еврейских поселениях Иудеи и Самарии (а в действительности – к бойкоту израильских экспортных товаров и Израиля в целом). Иехезкели пристраивается к мужчине, раздающему на улице листовки с призывом бойкотировать Израиль. Завязывается беседа.
- Вы слышали, что в Сирии убиты 15.000 граждан (съемки фильма велись весной этого года – Е.К.). Известно ли вам, сколько палестинцев были убиты в последние месяцы в Израиле?
Неловкая пауза.
- Ну, сколько? – настаивает Иехезкели. – Десятки, сотни, тысячи?
- Понятия не имею, - признается защитник «жертв сионистской оккупации».

Вместо эпилога

Матиас Карлстон, активист шведской партии SD, не имеет к еврейству никакого отношения. Его партия считается крайне правой. Она поддерживает Израиль, однако шведские евреи боятся за нее голосовать: это неполиткорректно!
Аналогичным образом не решаются голосовать за крайне правых и в Антверпене, хотя именно они парадоксальным образом защищают Израиль и евреев.
Тем временем европейские левые слились в страстном союзе с мусульманским электоратом: ведь только он способен удержать их у власти


"Новости недели", 15.10.2012



  
Статьи
Фотографии
Ссылки
Наши авторы
Музы не молчат
Библиотека
Архив
Наши линки
Для печати
Поиск по сайту:

Подписка:

Наш e-mail
  

TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria