Евгения Кравчик

Молчание - золото

Закон гарантирует каждому гражданину страны право молчать на допросе в полиции. Кто-то из подозреваемых использует эту привилегию, другие, напротив, откровенничают со следователями, нисколько не задумываясь, что (вспомним товарища Вышинского!) признание - "царица доказательств". Но допустимо ли, чтобы правом на молчание пользовались народные избранники? Этот вопрос был поднят на демонстрации активистов Движения за чистоту власти, а затем - и в законодательной комиссии кнессета.

Предыстория

Поводом к нервозному обсуждению чисто юридической, на первый взгляд, проблемы стало журналистское расследование. Точнее – сразу несколько разоблачений, опубликованных в разное время в газетах "Едиот ахронот" и "Ха-Арец".
Главный герой - глава правительства Ариэль Шарон. Его подозревают в незаконном получении из-за кордона денег на проведение в 1999 году "праймериз" в Ликуде... После вмешательства в дело государственного контролера Шарон твердо обещал вернуть "некошерное" пожертвование на сумму 4.700.000 шекелей компании "Аннекс исследования". Но где взять круглую сумму?
В банке! И вот уже сыновья премьера выпрашивают в "Дисконте" и "Леуми" необходимую наличность, заложив (в качестве гарантии) фамильное поместье "Хават Шикмим". Один из банков ссуду выдает, другой - артачится. Приходится любящим сыновьям обратиться за помощью к дяде Сирилу Керену, старому другу отца, миллионеру из Южной Африки. Тот с готовностью  переводит в Израиль полтора миллиона долларов: именно такая  сумма должна гарантировать возвращение банковской ссуды...
Разоблачение газеты "Ха-Арец" было опубликовано на пике предвыборной кампании и (Израиль - страна чудес!) способствовало  вторичному избранию Шарона главой правительства: организованная им пресс-конференция, трансляция которой была прервана на самом интересном вопросе любознательных журналистов, переломила вялое течение "кампейна". Народ -   вопреки прогнозам воинствующей прессы - отправился голосовать за Ликуд.
Выборы остались позади. Зато санкционированное юридическим советником правительства полицейское расследование предвыборных финансовых операций двинулось вперед - медленно, но верно. В конце концов Гилад Шарон был вызван на допрос. Однако откровенничать со следователями Отдела по борьбе с мошенничеством наотрез отказался - подобно бывшему заместителю министра национальной инфраструктуры Наоми Блюменталь, заподозренной после внутрипартийных "праймериз" в подкупе влиятельных членов Центра Ликуда.
Правда, в декабре прошлого года Ариэль Шарон бросился в бой за честь партийного мундира, как молодой лев. И уволил Блюменталь - за молчание - с занимаемого поста.
Совершенно иначе развиваются события сегодня... Суд вынес постановление, согласно которому Гилад Шарон обязан передать следователям документы, касающиеся дела о переводе денег. Адвокат Миха Петман, представляющий интересы Шарона-джуниора, оспорил проблематичное для клиента решение в вышестоящей судебной инстанции. Прокуратура, со своей стороны, подавать кассационную жалобу в Верховный суд не стала. Зато зашевелилась общественность. Прежде всего - та ее часть, которую в Израиле называют "ревнителями власти закона".

Когда оппозиции нет

На исходе минувшей субботы около иерусалимского кафе "Момент", соседствующего с резиденцией премьера, проходила странная демонстрация. Ее участники не кричали, не шумели, не скандировали политически некорректные лозунги. Возникало впечатление, что группа интеллектуалов вышла подышать свежим воздухом, прихватив с собой зеленые воздушные шары да несколько плакатов.
- По какому поводу протестуем? – спросила я человека средних лет.
Бизнесмен Коби Мерон отрекомендовался активистом Движения за чистоту власти.
Мы протестуем против использования политиками права на молчание, - сказал он. – С одной стороны, глава правительства уволил Наоми Блюменталь с поста замминистра за то, что она отказалась от сотрудничества со следствием. С другой – премьер не принимает никаких мер в связи с молчанием на допросах своего сына. Двойной стандарт! Общественность вправе ожидать от своих избранников, чтобы те подавали пример нравственности. Если не они – то кто?!
Знакомлюсь со Шмуэлем Шенхаром. Юрист, специалист по конституционному и административному праву, он является членом правления Движения за чистоту власти.
Как вы – профессиональный юрист - расцениваете тот факт, что полиция уже несколько лет расследует дело предвыборных "амутот" Эхуда Барака, однако результаты следствия так и не воплотились в обвинительное заключение? – спрашиваю я.
Моя специальности не имеет никакого отношения к моей гражданской позиции, - говорит адвокат Шенхар. – В свое время Движение за чистоту власти подало в БАГАЦ апелляцию с требованием уволить Ицхака (Бужи) Герцога с поста секретаря правительства Барака. Поводом к подаче иска в Высший суд справедливости стал отчет государственного контролера, касавшийся "амутот" Барака, в деятельности которых Герцог играл организующую роль. Правда, пока дело дошло до рассмотрения нашей апелляции, правительство Барака пало и Герцог перестал быть его секретарем, так что  наш иск стал неактуальным.
С тех пор прошло немало времени, однако по делу "амутот" Барака под суд так никого и не отдали...
Мы надеемся, что рано или поздно следствие завершится и дело будет передано в суд. Многие дела расследуются медленно. Я не желаю говорить об "амутот" Барака – мы проводим демонстрацию по другому поводу, - возразил адвокат Шенхар, после чего подчеркнул: в условиях демократии никто не вправе ставить себя выше закона, даже – глава правительства.
В этом отношении израильская демократия может служить образцом для подражания, - продолжал он. – В свое время полиция расследовала дело супруги премьера - Леи Рабин, затем – дело Ицхака Шамира, связанное с поведением сотрудников ШАБАКа после теракта в автобусе 300-го маршрута. Расследовалось и дело Биньямина Нетаниягу, связанное с Игалем Амеди. А сейчас ведется следствие по делу Шарона. Не так-то много в мире стран, где полиция систематически расследовала бы дела премьеров да президентов.
Знакомлюсь с Шломит (назвать свою фамилию эта дама отказывается, указав лишь, что она – домохозяйка из Иерусалима. Если бы у всех домоуправительниц язык был подвешен, как у Шломит, Израиль можно было бы считать самым высокоразвитым государством в мире).
После короткой лекции на тему "Мораль и право" Шломит с горечью констатирует: "Оппозиция, к сожалению, бездействует, вот активистам Движения за чистоту власти и приходится исполнять ее функции".
Видимо, депутаты от бывшего МААРАХа мечтают поскорее прорваться к власти и занять министерские посты в правительстве национального единства, оттого и молчат, - предполагает Шломит.
Вся проблема заключается в том, что у нынешнего правительства нет оппозиции, - соглашается Саги, сотрудница столичного музея "Башня Давида". – Страшно подумать, в какую пропасть мы катимся, в атмосфере какой нравственной пустоты живем...
Эли Сулам, генеральный директор Движения за чистоту власти, - клинический психолог, 25 лет прослужил в ВВС, демобилизовался в чине подполковника.
Благодаря проведению акций протеста нам удалось добиться того, что парламентская комиссия по законодательству рассмотрит поднятый нами вопрос: допустимо ли, чтобы  народные избранники пользовались на допросах правом на молчание?! - говорит он.
Однако Гилад Шарон народным избранником не является, - возражаю я.
Ну и что? Юридический советник правительства Эльяким Рубинштейн признал, что случай с семейством Шарона – маргинальный. То, что пытается скрыть Гилад Шарон, касается дела его отца, премьер-министра! Не кажется ли вам, что отец пытается спрятаться за спину сына, а сын своим молчанием на допросах ограждает от неприятностей отца?..
В тот вечер столичные полицейские, охранявшие резиденцию главы правительства, остались без работы: демонстрация интеллектуалов завершилась мирно, без инцидентов...

Двойной стандарт

В минувший вторник – несмотря на парламентские каникулы – на заседании комиссии кнессета по вопросам законодательства было жарко. Председатель Михаэль Эйтан (Ликуд) был настроен по-боевому. Однако тон обсуждения задал его соратник по партии адвокат Рони Бар-Он, сходу заявивший, что сам факт публичного обсуждения поведения подозреваемого Гилада Шарона некорректен, с чисто юридической точки зрения, так как может запутать следствие и помешать судопроизводству.
Эйтан не спасовал и не смутился.
- Глава правительства заявил следователям: "Мне ни о чем неизвестно, всеми финансовыми вопросами занимались мои сыновья", - возразил он. - Если беззаконие поощряется "сверху" - к чему мы идем?! Я сознательно не намерен вникать в детали того или иного расследования. На мой взгляд, обсуждение должно сосредоточиться на двух проблемах. Первая – это право на молчание, как юридическая категория: следует ли расширить его толкование, сузить сферу его применения или вовсе отменить? И второе – это противоречие между тем фактом, что человек является народным избранником либо общественным деятелем, однако на допросах в полиции хранит молчание. Вправе ли он на это?
Обсуждение велось профессионально. В работе комиссии участвовали сплошные юристы: председатель кнессета Руби Ривлин (Ликуд), экс-спикер Авраам Бург (Авода), Гидеон Саар (Ликуд)... Да и сам председатель Эйтан – выпускник юридического факультета.
Отставной судья Ури Штрузман высказал такую мысль: право на молчание необходимо отменить, о чем он твердит вот уже 15 лет.
Штрузман сообщил: история британского права свидетельствует, что в былые времена подозреваемых на допросах подвергали пыткам, в которых участвовали и судьи.
В давние времена исходили из того, что признание подозреваемого, даже если его выбили под пыткой, не может быть лживым, - подчеркнул Ури Штрузман. – Именно этим принципом руководствовалась инквизиция... Израиль – пусть и в цивилизованной форме – заимствовал из британского права принцип, согласно которому признание подозреваемого считается "царицей доказательств". Впоследствии, однако, англичане проснулись и осознали, что признание – это не объективная улика, оно может быть и лживым, и вынужденным. Тогда-то в свод законов Англии была внесена существенная корректива: признание, прозвучавшее в ходе допроса, не принимается судом как улика!
Судья Штрузман подчеркнул: в большинстве случаев полицейским ничего не стоит "расколоть" подозреваемого.
В настоящее время право на молчание служит средством надежной защиты для законченных уголовников, - продолжил судья. – Истинный преступник наверняка предпочтет на допросе помалкивать. Зато невиновный гражданин, находясь под арестом, непременно разоткровенничается и станет давать всевозможные объяснения своим поступкам. И, скорее всего, признается в том, чего не совершал... Я не понимаю, почему мы должны "вооружить до зубов" отъявленных преступников, предоставив им такую роскошь, как право на молчание?!
Относительно передачи следователям документов, касающихся того или иного дела, судья Штрузман высказался однозначно: бумаги – не человек, они не могут пользоваться правом на молчание. Их надобно по первому же требованию передать в полицию!
Должен ли народный избранник подать в отставку в тот момент, когда ему предъявлено обвинение в суде? Ури Штрузман ответил на этот вопрос отрицательно: ну не прокуратуре же вершить судьбы руководителей страны и видных общественных деятелей! Отставка может стать лишь производным решения суда – в том случае, если подсудимый признан виновным.
Адвокат А. Гордон, сотрудник Общественной адвокатуры, высказал прямо противоположное мнение: учитывая, какими способами полиция порой выбивает из подозреваемого признание, право на молчание должно оставаться в силе.
- Чтобы "расколоть" подозреваемого, следователи нередко предъявляют ему фальшивые улики и беспардонно лгут, - подчеркнул он. – В результате люди признаются в деяниях, которых не совершали. Если в суде обвиняемого представляет защитник, то на допросе он остается один на один со следователем и полностью зависит от доброй или злой воли последнего. И после нескольких бессонных ночей, проведенных на полу в КПЗ, невиновный человек готов сознаться в чем угодно, лишь бы этот кошмар прекратился. На мой взгляд, право на молчание уравновешивает те неограниченные полномочия, которыми обладают следователи на допросах...
Выступившие на заседании депутаты, пофилософствовав на заданную тему, сошлись во мнении, что отменять право на молчание пока рано. Спикер кнессета Руби Ривлин не преминул возмутиться продолжающимся сотрудничеством полиции, прессы и прокуратуры.
Человек еще находится на допросе, но по телевидению уже цитируют сказанное им в кабинете следователя, - подчеркнул он. – Спрашивается, откуда журналистам известно, о чем идет речь за закрытой дверью?!
Депутаты сошлись во мнении, что на сегодняшний день рано отменять право на молчание. Оппозиционеры Авраам Бург, Офер Пинес и Захава Гальон были более категоричны по вопросу, вправе ли молчать на допросе государственные деятели и члены их семей. Избранники от Ликуда, в свою очередь, напирали на то, что до сих пор не отданы под суд лица, причастные к делу "амутот" Барака, "купивших (по словам депутата Гидеона Саара) власть за деньги".
А вечером того же дня в Иерусалиме был совершен чудовищный теракт. И дело Гилада Шарона, равно как и дискуссия о праве на молчание, отошло на второй план...

Из досье: Разоблачение "Ха-Арец" и "Едиот ахронот"

7 января этого года, на финише предвыборной кампании, в газете "Ха-Арец" было опубликовано журналистское расследование Баруха Кра. Из него явствовало, что Сирил Керен, миллионер из Южной Африки, оказал Ариэлю Шарону солидную денежную помощь, перечислив на счет его сына Гилада полтора миллиона долларов.
Полиция приступила к следствию по подозрению в получении Ариэлем Шароном взятки.
Ранее было возбуждено следствие по результатам другого журналистское расследования, опубликованного в газете "Едиот ахронот" вскоре после победы Шарона на выборах 2000 года. Из него следовало, что в 1999 году деньги на проведение "праймериз" были перечислены Шарону фирмой "Аннекс исследования", однако после того, как данный факт был выявлен государственным контролером, Ариэль Шарон обязался вернуть фирме всю полученную от нее сумму размером 4.700.000 шекелей. В связи с этим сын Шарона, Гилад, попросил ссуды в банках "Леуми" и "Дисконт". Однако для получения ссуд требовались гарантии. Пришлось заложить фамильную ферму "Хават Шикмим".  А вот для получения еще одной ссуды семейству премьера пришлось обратиться за помощью к старому другу Ариэля Шарона - Сирилу Керену, проживающему в Южной Африке.
Он-то и перевел в Израиль 1,5 миллиона долларов, которые следовало предъявить банку "Леуми" в качестве гарантии возврата ссуды.
Выборы в кнессет прошли под знаком коррупции и полицейского расследования, санкционированного юридическим советником правительства. Ариэлю Шарону пришлось нанять адвоката, специализирующегося в сфере уголовного права. Им стал Миха Петман, экс-сотрудник государственной прокуратуры, работник юридической фирмы, во главе которой (до назначения управляющим канцелярией главы правительства) стоял известный израильский адвокат Дов Вайсглас.
На допрос по делу о получении денег от Сирила Керена Ариэля Шарона пока не вызывали... 

Из досье. Прецедент: семейство Рабин

Известный израильский журналист Йоав Ицхак считает, что к середине 2004 года Ариэлю Шарону придется подать в отставку. К тому моменту его сыновьям (либо одному из них) наверняка будет предъявлено обвинение в незаконных финансовых сделках. Основание для отдачи под суд Гилада Шарона  - улики, касающиеся перевода в Израиль из Южной Африки полутора миллионов долларов Сирилом Кереном. Еще одним основанием может стать  платеж размером 20 тысяч долларов, полученный Гиладом Шароном от известного израильского бизнесмена и строительного подрядчика Дуди (Давида) Апеля, потомственного "ликудника", остро нуждавшегося в содействии Ариэля Шарона для продвижения своего бизнеса.
По делу Апеля  в настоящее время также ведется следствие. Сам Апель опровергает выдвинутые относительно него подозрения, утверждая, что стал объектом травли журналистов.
Йоав Ицхак уверен, что Ариэлю Шарону обвинение предъявлено не будет, так как всеми его финансовыми делами занимались сыновья. Однако если хотя бы один из сыновей окажется на скамье подсудимых, оставаться на посту премьера Шарон уже не сможет:  юридический советник правительства Рубинштейн успеет еще до 15 января 2004 года (то есть до своей запланированной отставки) огласить так называемый "общественный отчет". Прецедент – аналогичный документ, составленный в прокуратуре по делу о получении бывшим президентом Эзером Вейцманом пожертвований от миллионера Эдуарда Саруси. Под суд Вейцмана не отдали, однако подать в отставку - вынудили.
Истории Израиля известен прецедент отставки премьер-министра из-за финансовых нарушений, допущенных его супругой. Так, в 1977 году Ицхаку Рабину пришлось подать в отставку после того, как его жену, Лею, собирались отдать под суд за незаконные (по тем временам) валютные операции. Впоследствии председатель Верховного суда Аарон Барак признался, что не вынес решения об отдаче Ицхака Рабина под суд только потому, что тот  подал в отставку и сам себя наказал.

На снимке:
Демонстрация активистов Движения за чистоту власти у иерусалимской резиденции главы правительства
Фото автора

"Новости недели" 21.08.2003




  
Статьи
Фотографии
Ссылки
Наши авторы
Музы не молчат
Библиотека
Архив
Наши линки
Для печати
Поиск по сайту:

Подписка:

Наш e-mail
  

TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria