Евгения Кравчик

В будущем году в Алей Синай!

В дни пасхальных каникул отечественные СМИ раздули чудовищный (с точки зрения ревнителей «власти закона») скандал. 27 апреля, когда не менее восьмидесяти тысяч человек собралось в поселениях сектора Газы, чтобы выразить солидарность с приговоренными к депортации братьями, пресса сообщила: «Депутат кнессета от блока «Национальное единство» профессор Арье Эльдад, выступая на митинге в Гуш-Катифе, призвал соотечественников к гражданскому неповиновению»
«Мы парализуем страну, - наперебой цитировали Эльдада ведущие радиостанции и телеканалы. - Я ожидаю, чтобы госслужащие заявили: «Мы не будем винтиками в механизме разрушения». Я хочу стать свидетелем гражданского бунта. Наступит день, когда те, кто отказался от отсидки в тюрьме, будут запятнаны позором. Зато другие смогут рассказать своим внукам: «Я отсидел за решеткой во имя Эрец-Исраэль и нашего народа». И это будет восприниматься, как высшая награда»...
Депутаты от изрядно разжиревшего за последние месяцы «лагеря мира», включая сторонников плана размежевания из числа ликудников, восприняли высказывание Эльдада с деланным возмущением.
Министр без портфеля Матан Вильнаи («Авода») потребовал лишить профессора Эльдада - известнейшего хирурга, бывшего командующего медицинскими частями ЦАХАЛа депутатской неприкосновенности и отдать под суд за призывы к бунту.
«Следует отдавать под суд всех, кто в эти напряженные дни занимается подстрекательством, и таким образом предотвратить новое политическое убийство», - заявил Вильнаи. Министр призвал юридического советника правительства Мени Мазуза незамедлительно возбудить относительно Эльдада уголовное дело по обвинению в подстрекательстве.
Мазуз с готовностью откликнулся: он проверит, криминально ли высказывание  Эльдада. И если выяснится, что да, председателю парламентской комиссии по вопросам депутатской этики будет предъявлено обвинение.
Правда, анонимный источник из ближайшего окружения Мазуза счел нужным распространить следующую «утечку»: юридический советник очень тщательно относится к рассмотрению подобных деликатных проблем - ведь принятие репрессивных мер по отношению к гражданам, провинившимся лишь в том, что произносили «крамольные» речи, можно считать посягательством на свободу слова. К тому же министерство юстиции пока не успело ужесточить статью «Подстрекательство», из-за чего профессор Эльдад, скорее всего, будет признан судом невиновным и останется на свободе...
Юридические тонкости и нюансы, связанные с ограничением свободы слова в условиях «единственной на Ближнем Востоке демократии»,  ничуть не охладили пыла ревнителей законности. Громче всех звучал в праздничные дни голос председателя парламентской фракции «Аводы» депутата Эйтана Кабеля. «Юридический советник обязан рассмотреть легитимность высказываний Эльдада. Я призываю Эльдада уволиться с поста председателя парламентской комиссии по вопросам депутатской этики! Позор Эльдаду, призывающему к гражданскому неповиновению».
А предводитель оппозиции председатель «Шинуя» Томи Лапид сказал прямо: «Если прольется еврейская кровь, ответственность за это ляжет на профессора Эльдада». Аналогичное мнение высказал лидер «Демократического выбора» Роман Бронфман. И даже профессор Юли Тамир, буквально неделю назад в интервью «НН» протестовавшая против такой репрессивной меры, как  административные аресты, обвинила Эльдада в том, что он «переступил красную черту».
Практически все СМИ несколько дней подряд на все лады муссировали «подстрекательские» речи Эльдада, из-за чего ушли в тень, на второй план  поистине всенародные акции солидарности с поселенцами, состоявшиеся во время пасхальных каникул. И уж на самый последний план отошла первопричина, по которой профессору Эльдаду пришлось не только произнести полные боли и горечи слова, но и две недели подряд - ежедневно преодолевая пешком по 20 километров, проделать путь из северной части Самарии до поселения Алей Синай, что в секторе Газы.

Встреча на финишной прямой

Прежде, чем рассказать о двухнедельном марше протеста Арье Эльдада, предам огласке сенсационное сообщение, не удостоившееся внимания со стороны моих коллег-израильтян.
В первый раз призыв к акции ненасильственного (подчеркиваю: ненасильственного!) гражданского неповиновения прозвучал из уст профессора вовсе не на грандиозном митинге в Гуш-Катифе, а днем раньше, на живописном пляже Шикма, расположенном между поселениями Дугит и Алей Синай.
В тот день на берегу Средиземного моря отмечалась скорбная дата - 23 года с момента демонтажа на Синае городка Ямит. Часть депортированных из Ямита людей основала на севере сектора Газы три новых поселения - Нисанит, Дугит и Алей Синай. В настоящее время здесь, в 13 километрах от Ашкелона,  проживает 400 семей, в большинстве - люди светские. Самый старый поселок - Алей Синай, самый крупный - Нисанит, самый молодой  - Дугит (18 семей совсем недавно перебрались из караванов в капитальные дома).
Эти Габай, депортированная в 1982 году из Ямита, вспоминает:
- Поселение Алей Синай было основано с благословения и при поддержке Ариэля Шарона. Он убедил Ави Фархана и нас с мужем, что место здесь замечательное: море, дюны, отличный климат... В 1983 году мы перебрались в установленные здесь караваны, чтобы начать с нуля новую жизнь. Здесь в 1987 году родился наш младший сын. За период жизни в Алей Синай дети выросли и создали собственные семьи, здесь родились и растут наши внуки. А сейчас нас собираются депортировать вторично. И ведут против нас чудовищную психологическую войну. Где же порядочность, где справедливость?!
«...Я знаком с поселенцами более 20 лет и знаю: сломить их дух и веру не удастся, никто из них не захочет уйти с обжитых мест. Для них холмы Самарии, Иудейские горы и пески Нецарим - не просто историческое право на землю, но настоящий дом. Правительства будут падать и формироваться заново, но они,  поселенцы, навсегда останутся на этой земле и продолжат создавать образцовые поселки», - разносится над лазурью морской глади, над золотистыми дюнами голос Ариэля Шарона.
Историческая звукозапись вызывает у людей ироничную улыбку. Ведет вечер известный израильский актер Дуду Эльхарар. Сам придумал сценарий, сам отыскал среди архивных записей несколько выступлений Шарона, обращенных к его экс-друзьями и бывшим единомышленникам. Известный певец Ариэль Зильбер, перебравшийся недавно в Алей Синай, наигрывает на электрооргане, аккомпанируя детям своих новых соседей и преданных старых друзей. На зеленой лужайке царит доверительная, семейная атмосфера. 
У микрофона - полковник Ави Фархан, один из основателей Алей Синай.
- Только что прозвучала замечательная песня «Кан ноладти» («Здесь родился я»), - произносит он. - Позволю себе внести поправку: здесь я построил своими руками дом, здесь вместе со мной строила его моя жена Лора. Здесь, в Алей Синай, родились наши внуки... Поселение было основано после того, как многие из нас пережили чудовищную травму. Среди развалин Ямита остался обелиск, воздвигнутый в память о павших... Тогда, в 1982 году, мы в знак протеста против разрушения Ямита отправились пешком в Иерусалим, чтобы заявить о своем намерении разбить на КПП Эрез  лагерь еврейских беженцев. Узнав об этом, мой боевой командир Арик Шарон сказал: «К чему протестовать, Ави? К чему создавать лагерь беженцев - не лучше ли основать в районе КПП Эрез новое поселение?» Так появился поселок Алей Синай, а вслед за ним - Нисанит, где сегодня проживает более 300 семей.
Ави развернул плакат со снимком руин Ямита.
- Депортация не должна повториться! - призвал он. - Господин премьер-министр! Нет никаких причин для бегства. Ваша программа ошибочна. Если наши поселения будут демонтированы, «касамы» тут же обрушатся на Ашкелон. Если мы отступим из северной части Самарии, станет невозможно ездить по шоссе Вади-Ара.
Фархан попытался успокоить тех жителей Алей Синай, которым грозит первая в их жизни депортация:
- Солдаты не посмеют ворваться в ваши дома, чтобы вытащить вас силой, - сказал он. - Я помню, как военнослужащие ЦАХАЛа, обливаясь слезами, стояли на лужайке около нашего дома в Ямите, не решаясь войти...
В заключение Фархан повторил, как заклинание: «В будущем году в Алей Синай!»
Мой взгляд случайно упал на женщину средних лет: по ее лицу текли слезы...
Йоси Бен-Ахарон, занимавший пост генерального директора министерства главы правительства при Ицхаке Шамире, две недели назад вернулся из поездки по США.
- Никто из здравомыслящих американских евреев не поддерживает план размежевания, - констатирует он. - В одном из предпраздничных интервью прессе Шарон заявил: «Я не изменился - изменилась ситуация». Ничего подобного! Уважающий себя лидер еврейского народа не вправе поддаваться никакому давлению и уж тем более - давлению, которого не было. В Вашингтоне меня убедили, что Буш не оказывал на Шарона никакого давления. Просто с самим Шароном что-то случилось. Впрочем, его план не будет реализован ни при каких обстоятельствах: еврейские солдаты и еврейские полицейские вряд ли в состоянии изгнать евреев из  дому...

Отчаяние - плохой советчик

На митинг солидарности съехались люди со всех концов страны. Выделялась среди гостей Геула Коэн - бывший депутат кнессета от партии «Тхия», мать председателя ЦК «Ликуда» Цахи Ханегби, последовательно (пусть и стыдливо) голосовавшего за демонтаж.
- Там и сям я слышу, что люди отчаялись, утратили надежду, - сказала Геула Коэн. - Кое-кто устало произносит: «Что поделаешь - все решения приняты, процесс необратим»... Я убеждена, что главная наша беда - вовсе не правительство, безвольно опустившее руки, а мы сами. Наша проблема - в нашем же разочаровании. Сегодня действительно грустный день: исполнилось 23 года с момента демонтажа Ямита. Я была среди яростных противников разрушения Ямита. Но в тот черный день мне бы и в голову не пришло, что через двадцать с лишним лет нам придется снова залезть на крыши домов в поселениях Иудеи и Самарии, подлежащих сносу. Я убеждена: мы обязаны до последнего момента бороться за сохранность поселений. И даже в последний момент нельзя отчаиваться. Ведь тот, кто добровольно отказался от борьбы, неизбежно будет побежден. Зато тот, кто продолжает борьбу, имеет шанс на победу. Когда мы протестовали против разрушения Ямита, поезд уже ушел: с Египтом был подписан договор. Сейчас никакие соглашения с ПА не подписаны, поэтому мы обязаны не допустить повторения трагедии Ямита.
Геула Коэн привела такой эпизод: в последний день Ямита, когда передали, что к двенадцати часам территорию той части Синайского полуострова, на которой прежде находились еврейские поселения, займут египетские солдаты, она бродила среди руин, с ужасом смотрела на вырванные с корнями деревья и выкрикивала имена людей, еще недавно живших в этих домах.
- Никто не отзывался, - вспоминает Геула Коэн. - Тогда я бросилась в поселение Ацмона, жителей которого депортировали за пару дней до того. На сей раз мой отчаянный, истошный крик был услышан. Отозвалась раббанит Глассер, муж которой успел разбить на опустошенной местности палатку. Глассер была на девятом месяце беременности и должна была вот-вот родить. «Отчего ты шумишь?» - спросила она с лучезарной улыбкой. - «Через двадцать минут здесь будут египтяне!». - «Через целых двадцать минут?! За это время многое может измениться!» Эта мужественная женщина верила: недопустимо смириться, сдаться без борьбы...

«Коль ха-Арец ле-олам шелану!»

С искренним восторгом восприняли участники митинга выступление членов Иерусалимского клуба политической песни - Юрия Липмановича и Эли Бар-Яалома. Прежде, чем прикоснуться к струнам гитары, Бар-Яалом сказал:
- 11 мая, в День поминовения павших, в 11 часов утра, как только включится сирена, каждый еврей - где бы он ни находился - произнесет четыре слова: «Коль ха-Арец ле-олам шелану!» («Вся эта земля - навеки наша!») Пусть эти слова будут произнесены хотя бы миллионом негромких голосов - они будут услышаны! Концентрированная мысль, как и совместная молитва сотен тысяч людей, - делает свое дело.
Бар-Яалом убедительно просил всех присутствующих «по цепочке», из уст в уста передать его просьбу максимальному числу друзей и знакомых.
Ближе к вечеру полицейские и солдаты, осуществлявшие охрану пляжа, тревожно засуетились и попросили организаторов скорбного митинга поскорее убрать микрофоны. В тот момент нам еще не было известно, что в нескольких километрах отсюда, по городу Сдерот палестинцами выпущено три «касама».
Последним выступал профессор Арье Эльдад. Как только он спустился со сцены, я задала ему несколько вопросов.
- Что заставило вас, депутата-одиночку, провести двухнедельный марш протеста?
- Вот уже много дней я не в состоянии заснуть при мысли о том, что таких же евреев, как я, силой изгонят из дому, - сказал профессор Эльдад. - Мне кажется, многие наши соотечественники утратили крайне важное качество - чувство локтя. А проще говоря - умение сострадать. В условиях всеобщего равнодушия и апатии требуется шоковая терапия. Ведь если все мы так и продолжим пассивно сидеть у экрана телевизора, поселения будут снесены, а вместе с ними погибнет и сама идея, благодаря которой наше государство состоялось, - идея сионизма. Знаете, что сказали мне члены киббуцов, которые я посетил по дороге из Самарии в сектор Газы? Они говорят прямо: «Если мы допустим, чтобы восемь тысяч евреев было депортировано, значит, в ближайшем будущем будет осуществлен трансфер и всех остальных поселенцев - почти четверти миллиона душ. Сектор Газы - всего лишь пробный камень».
Если в день депортации в секторе Газы и на севере Самарии не соберется минимум сто тысяч граждан, можно считать: общество деморализовано до такой степени, что оно промолчит и в случае раздела Иерусалима, - продолжал профессор Эльдад. - На мой взгляд, в массовых акциях протеста обязаны принять участие все уважающие себя люди, - те, для кого национальное достоинство - отнюдь не пустой звук. В день депортации замрет вся страна: должно быть прекращено движение автобусов и электричек, снабжение электроэнергией и водой. Может, хотя бы в этом случае правительство очнется и поймет, что оно переступило «красную черту».
Ури Ариэль, соратник профессора Эльдада, депутат от блока «Национальное единство», высказался еще проще:
- Никакой депортации не будет - вот увидите!

Государство или Страна?

Я, конечно же, спросила барда Юрия Липмановича, много ли песен протеста он успел написать за последние пару месяцев, прошедшие под знаком депортации.
- Не очень. Песен восемь, не больше. Часть была исполнена на пуримшпиле. В нынешнем году он у нас был оранжевым, - сказал Юрий.
- Считаете ли вы, что страна находится в тупиковой, безвыходной ситуации?
- Выход есть, - говорит Липманович. - Евреи должны прекратить плясать под чужую дудку и выполнять какие-то странные, противоестественные приказы. И, наоборот: мы должны взяться за руки, чтоб не пропасть по... одиночкам! («Камерам-одиночкам», - скаламбурил мой собеседник - Е.К.). Одна из двух иллюзий, питавших меня на пути в Израиль в 1991 году, состояла в том, что все евреи - братья. Другая - в Израиле все дороги и автобусы новые. Не удивительно, что, оказавшись однажды в дряхлом автобусе, я был шокирован. Но шок такого рода пережить можно. Мы совершили алию и полюбили эту страну всем своим существом - со всеми ее минусами и несовершенством.
- Тогда почему же большинство репатриантов хранит молчание и не протестует против депортации своих братьев?
- По-моему, психологическое давление настолько мощно, что многие люди в прострации, - предполагает Юрий Липманович. - Судите сами. В канун Песаха СМИ передали: правительство распорядилось временно снять заграждения на автодорогах, чтобы граждане смогли попрощаться с Гуш-Катифом. А потом, стало быть, заграждения снова появятся и вам, ребята, съездить в Гуш-Катиф уже не удастся. Но, если думать своей головой,  абсолютно ясно: никаких заграждений не будет и после Песаха. И все эти разговоры - очередная психологическая атака! Ну как заблокировать ведущие в Гуш-Катиф шоссе, когда только одних солдат-резервистов здесь служат тысячи?!
Впрочем, после утверждения правительством и кнессетом плана размежевания перед Липмановичем встала реальная дилемма:
- Раньше передо мной не вставала проблема выбора между землей и государством, - объясняет он. - Земля и государство казались едиными: Эрец-Исраэль, «мединат Исраэль». И расклад сил был понятным: вот наши враги, а вот - государство. Но когда государство в лице властных структур - правительства и кнессета - идет против Страны, приходится выбирать, кому из них быть преданным - Стране или государству. Мы свой выбор сделали. В пользу Страны.

Фото автора. На снимках:
  • Бывший командующий медицинскими частями ЦАХАЛа, профессор Арье Эльдад: «Если меня отдадут под суд, это будет самый громкий в стране политический процесс»
  • Известный израильский актер Дуду Эльхарар, основатели поселения Алей Синай Лора и Ави Фархан с Геулой Коэн: «Трагедия Ямита не должна повториться»
  • Член Иерусалимского клуба политической песни Юрий Липманович: «Я сделал выбор в пользу Страны»

    "Новости недели", 5.05.2005

  • Другие статьи о демократии и праве

  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria