РЕБ НАДЕНЬКА И РЕБЕЦН ВОВА

"Исправляющие мир царства Божьего" - так называется статья, опубликованная в прошлом номере газеты "Вести", где с умилением рассказано о попытках американского реформизма укорениться на Святой земле и приводится фотография счастливой девушки, которая учится накладывать тфилин под уководством благостно улыбающегося раввина. В последнее время в русскоязычной прессе Израиля, наряду с платными христианско-миссионерскими материалами, с помощью которых латают бреши в постоянно расползающемся бюджете наши небрезгливые издатели, стали в изобилии появляться и статьи о реформистском и консервативном "иудаизмах" как некой "золотой середине" между секулярной бездуховностью и фанатичной приверженностью "устаревшей" Галахе. Женские "раввинские" семинарии, где девиц готовят к роли пастырш еврейского народа; реформистские и консервативные "синагоги", куда прихожане съезжаются по субботам на машинах; местные религиозные советы, в которых эмансипированные дамы снисходительно похлопывают по плечу убеленных сединами старцев; прием в прозелиты любого прямоходящего, изъявившего желание стать евреем (в последние годы, к примеру, десятки американских негров-баскетболистов прошли реформистский "гиюр", чтобы получить право играть в израильских командах), - все это призвано "исправить мир Царства Божьего", которое, очевидно, заброшено Царем и пришло в такой упадок, что понадобилась новая религия, дабы перехватить бразды правления у нерадивого Верховного Возницы и вернуть увязшую в грязи телегу на единственно правильную колею. Вкратце - о возникновении новых религий. Реформистский "иудаизм" появился в Центральной Европе, прежде всего - в Германии, в первой половине девятнадцатого века - с началом эмансипации и зарождения в еврейской среде прослойки светских "образованцев" (по терминологии Солженицына), каковые, с одной стороны, испытывали жгучий стыд перед нееврейским окружением за свою пархатость, с другой - все же не считали возможным одним ударом отрубить собственный хвост, за который их отчаянно пытались удержать обезумевшие от горя родители. Они завели себе синагоги, в которых молились по модернизированным сидурам, приведенным ими "в соответствие с требованиями времени", где отсутствовали упоминания о Машиахе и просьбы о восстановления Иерусалимского Храма; женились на нееврейках, причем последние одновременно проходили на брачном ложе два судьбоносных процесса: дефлорации и гиюра; выполняли только те субботние и праздничные предписания, какие хотели; состригали детям пейсы и обряжали их в европейское платье - и т.д. и т.п. У них появились свои раввины и свои конгрегации, и все это они вывезли с собой в благословенную Америку, где настолько расцвели, что составляют сегодня одну из крупнейших в США религиозных групп. Ортодоксам - в том числе и сионистам в вязаных кипах - и соревноваться с ними не приходится: в утверждении "все дозволено" во все века содержался труднопреодолимый соблазн. Надо сказать, что уже стоя на самом краю бездны, часть этих людей заглянула в нее - и в ужасе отшатнулась, но - поздно: почва под их ногами поползла, и они тоже сверзились в пропасть. Не до самого, правда, дна: приземлились падшие евреи где-то на полпути между ним и краем бездны, на приступочке, который они назвали "консервативным иудаизмом" - консервативным по отношению к "иудаизму" реформистскому. А теперь - о главном, что отличает иудаизм от всевозможного реформаторства в плане мировоззренческом и что легко сформулировать с помощью знаменательного и по-своему точного названия статьи в прошлом выпуске "Вестей": если реформистская и консервативная религии, как, между прочим, и коммунизм, считают, что мир наш несовершенен и нуждается в революционном переустройстве, то иудаизм утверждает, что призвание людей, нарушавших изначальную гармоничность этого мира еще со времен Адама и Хавы, - совершенствовать его, исправляя прежде всего самих себя (а потом уже - друг друга!) путем непростой духовной работы и конкретных действий, предписанных Торой. Тот же, кто пытается "обустроить" мир (тут уж прошу у Александра Исаевича прощения) на основе собственных представлений о справедливости, обуян грехом гордыни (на иврите - "гаава"), а к чему может привести человечество следование амбициозным поползновениям даже одного гордеца, нетрудно проследить на примере деятельности первого раввина-реформиста, жившего две тысячи лет назад, или такого "гаавнюка" как Владимир Ильич.

Кстати, пошла бы судьба последнего иным, но параллельным путем - и он мог бы вспомнить о своем выкрестившемся дедушке Бланке, объявить себя евреем, сделать гиюр Наденьке, пригласив, скажем, Парвуса или Мартова заверить "кашерность" церемонии, и строить светлое общество в одной отдельно взятой Америке, подкатывая по субботам к какой-нибудь брайтонской реформистской "синагоге" на чихающем "паккарде" первых лет выпуска. А Наденька была бы в этом "Божьем храме" раввином и с наступлением месячных повязывала бы на белую грудь (левую: ближе к пламенному мотору) "тфилин" с особо проникновенными словами "Коммунистического манифеста" или выдержками из трудов одного из основоположников консерватизма Перейры Мендеса, произнося при этом что-нибудь в таком духе: "Благодарю тебя, Карлуша (или Переша), бог наш, преобразователь вселенной, за то, что не создал меня мужчиной, в отличие от этого хама Вовки!"

Все на самом деле просто: тот, кто считает, что законы Творца можно редактировать, что-то в них сокращая, что-то к ним добавляя, - либо глупец, либо гордец, не верящий вообще ни во что, кроме собственной провиденциальной роли в истории человечества, либо - элементарный жулик. Бога обмануть невозможно, еще никому в истории человечества не удалось выставить Его фраером. Так что мне гораздо симпатичней тот еврей, воспитанный в атеистической религии или в христианской культуре, который считает себя вообще нерелигиозным, чем тот, кто соблазняется духовным эрзацем, основанным на лжи и отсутствии страха Божьего (а еще хуже - соблазняет и других), тем самым исключая себя и свое потомство из общности, именуемой "еврейский народ". И уважая тех женщин-неевреек, приехавших в Израиль с последними волнами репатриации, в чьих удостоверениях личности значится "христианка", я презираю тех, кто приехал сюда по подложным документам, создав тем самым проблемы и своим детям, и моим. Еще раз повторю: есть над нами Бог, и Он - не фраер. Тот, кто играет с Ним не по Его правилам, а по своим, неизбежно будет в проигрыше. А репатриантам, которых обхаживают в Израиле новоявленные ксендзы (поди разберись теперь, через полтора века после введения "облегченного гиюра", в их собственной пестрой родословной!), хочу посоветовать, перефразируя слова двух великих советских юмористов: "Осторожно! Вы - в церкви. Вас - обманут!"

"Вести", январь 1993