Авторский сайт Раисы Эпштейн

К главной странице>>

Раиса Эпштейн

Коррупция, или кровавый словарь морали Осло

Часть 1.

Осло не может быть темой выборов в Израиле  потому, что после любых израильских выборов – каковы бы ни были их результаты – лидеры правых партий просто обязаны следовать Генеральной линии, назначаемой левыми:  линии, формулируемой посредством орвелианского языка, новояза Шалома, с помощью которого лагерь Мира властвует над поведением, сознанием и душами деятелей национального лагеря и полностью направляет их политику даже тогда, когда правые формально находятся у власти.

«....не стало благочестивых, ибо исчезли верные
из среды сынов человеческих. Ложь говорят друг другу, уста льстивы, говорят от сердца притворного»
ПСАЛМЫ, 12: 2-3

«Я ненавижу мир капитулянтов...»
Ури Цви Гринберг

1. Почему Осло не является темой выборов в Израиле

« Установление Конституционного Суда уже должно было произойти, но все заняты  выборами. Поэтому диктатура Агарона Барака будет продолжаться и впредь», - писала газета  Га-Цофэ в номере, вышедшем  6.12.02- в тот самый день, когда журналист Маарива Бен Каспит  опубликовал сенсационное журналистское расследование «Дело Гиносара». Если бы Израиль действительно был правовым государством, то даже одной десятой части опубликованного в этом материале взрывчатого вещества (и в Маариве сказано, что это только вершина айсберга) хватило бы, чтобы перевернуть здесь все - снизу доверху, справа и слева.

Однако Израиль, как видно – не такое государство. Относительно низа и верха, то с верхом все более или менее ясно, а голос снизу просто не может быть расслышан в шуме, грохоте и стонах перемежающихся друг с другом стрельбы, взрывов, отупляющей радиорекламы и еще более отупляющих  праздников демократии. Что же касается правизны и левизны, то левые естественным образом вовсе не заинтересованы во взрыве вокруг дела Гиносара. Ну а правые....Они заняты выборами, хотя скорее всего это – не единственная причина их паралича в связи с  темой, столь судьбоносной для нашей жизни и смерти, нашего национального достоинства и нашей национальной морали, для самого существования нашего государства. «Все заняты выборами» - поэтому диктатура коррупционеров слева и справа, снизу и сверху, будет продолжаться и впредь.

Мораль Осло не является темой выборов в Израиле, как не является их темой и Осло как таковое. Выборы не могут быть сфокусированы вокруг этих тем поскольку - как сказал Шимон Перес незадолго до распада правительства национального единства – «Осло это абсолютная политическая истина».Несмотря на то,что правые министры единого правительства – от ликудника Узи Ландау и до поборника трансфера Бени Элона и сменившего его Эфи Эйтама – систематически возлагали ответственность за все его левые уклоны на представителей Аводы, оказалось, что и после отставки последних этот уклон не только не исчез, но стал еще более явственным. После того, как Ариэль Шарон победил на внутренних выборах в Ликуде с огромным преимуществом, Осло получило дополнительную легитимацию со стороны самой большой партии Израиля, считающейся политическим авангардом национального лагеря – несмотря на более 1000 жертв этого кровавого соглашения, несмотря на 2 года интифады Эль-Акца (так и не побудившей главу правительства официально объявить вызванную ею ситуацию войной), несмотря на ужасающую статистику жертв и урона, нанесенного Израилю этой необъявленной войной (с 29 сентября 2000 к моменту теракта в Хевроне 15 ноября 2002, по данным Маарива : 681 убитых израильтян; 4,755 раненых израильских граждан – из них 600 тяжело раненых). Более того, в результате повторного избрания Ликудом в качестве своего лидера человека, обязавшегося установить палестинское государство и декларирующего намерение установить правительство национального единства с Аврамом Мицна, придерживающимся платформы Бейлина и партии Мерец, снова превращенное (Шароном и Ликудом) в «национальный конценсус» Осло сделало огромный скачок навстречу своей окончательной цели. Избравших своим (и в конечном счете общенародным) лидером Шарона ликудников ничуть не смущает то поистине странное обстоятельство, что для названия своей политической программы он пользуется до боли знакомым всем нам словосочетанием: «тахнит га-шлавим» - «поступенчатый план».

   Иные из поддерживающих Шарона ликудников считают, что он говорит о палестинском государстве «понарошку», что это такой его умный тактический ход, такой хитрый обман, призванный служить правильным стратегическим целям. Они не задумываются над парадоксом, заключающемся в том, что Шарон передвигает Ликуд, и с ним всю политическую карту Израиля резко влево именно в то время, когда в результате двух лет интифады общественное мнение очень явно и не менее резко продвинулось вправо. Им не приходит в голову, что тактика Шарона служит, быть может, совсем иной, чем им бы хотелось, стратегической цели – а именно цели нейтрализации электорального эффекта интифады и возвращения временно остановившегося израильского поезда на хорошо окупающие усилия маленьких и больших гиносаров рельсы Осло*.

Не знаю, удалось ли ликудникам – занятым подготовкой к праймерис - посмотреть в моцей-шабат (7.12.02) программу Иланы Даян «Факт» (2-й телеканал). Она целиком посвящалась  Ариэлю Шарону и – как почти всегда у этой тележурналистки - была своеобразным расследованием. Илана Даян, с помощью ряда проинтервьюированных ею важных персон, и не в последнюю очередь с помощью самого главы правительства и его сына Омри, пыталась понять, как же произошло это чудесное и столь радующее превращение Шарона из ненавидимого всем просвещенным и либеральным Израилем человека войны  в ощепризнанного отца нации, любимца левых и Вождя Мира, который (как косвенно намекали или говорили вполне прямо большинство проинтервьюированных в программе, в особенности же бывший посол США в Израиле Мартин Индик) наверняка не остановится перед тем, чтобы эвакуировать ради Мира построенные во многом по его  собственному указанию и под его руководством на оккупированных Израилем территориях еврейские поселения.

***

Осло не может быть темой выборов в Израиле  потому, что после любых израильских выборов – каковы бы ни были их результаты – лидеры правых партий просто обязаны следовать Генеральной линии, назначаемой левыми:  линии, формулируемой посредством орвелианского языка, новояза Шалома, с помощью которого лагерь Мира властвует над поведением, сознанием и душами деятелей национального легеря и полностью направляет их политику даже тогда, когда правые формально находятся у власти.

Мораль Осло не может быть темой выборов потому что, наряду с волшебным словом «демократия», слова «нравственность» и «гуманизм» - это центральные понятия новояза Мира, с помощью которых левые навязывают назначаемую ими Генеральную линию правым, и через них – всему народу.

2. Гуманизм и мораль в эпоху Осло.

  Шалом (мир) является высшим, полным и совершеннейшим воплощением нравственности и гуманизма в нашем правящем орвелианском словаре - а значит, и в нашем общественном сознании поскольку оно не выходит за рамки политкорректности и не внедряется в область демократически опасного и морально предосудительного экстремизма (кицониют). Синонимом шалома – что хорошо известно всем настоящим израильтянам - является сиюм га-кибуш (прекращение оккупации) с его неотделимым сопровождающим компонентом - эвакуацией поселений (пинуй га-итнахлуёт). Сам кибуш является просто дьявольски (колониалистски, фашистски и нацистски) безнравственным и антигуманным. Он, этот чудовищный  кибуш - и это тоже отлично известно всем не только в Израиле, но, благодаря гуманным и нраственным израильтянам, решительно во всем мире -  машхит (коррумпирует). Особенно он  машхит поселенцев, которые являются живым воплощением  этого безнравственного, анти-гуманного, фашистского и нацистского кибуша  в той же мере, в какой нравственная и гуманная израильская левая является живым воплощением Шалома, Гуманизма, Нравственности и Демократии.Поэтому нравственные израильские левые в принципе согласны с тем, что поселенцы – в силу самого факта  их местожительства на оккупированных территориях - являются преступниками против человечности.

Из этих  определений и интерпретаций прямо и непосредственно вытекает нравственная и гуманистическая легитимация разрешения убийства не-человеческих поселенцев палестинскими  борцами против оккупации, воплощающими высшую мораль справедливости и свободы. Этим объясняется молчаливое принятие израильским левым, а вслед за ним  и правым истеблишментом (вспомним о власти левых над правыми делами, мыслями и душами) относительно давней статьи профессора Зеэва Штрейнхела, которую не осудили ни министры Аводы и Ликуда,  ни сам глава правительства национального единства, ни – насколько помнится – Президент государства Израиль. Этим же объясняется отсутствие хотя бы  малейшего отголоска или какого-либо намека на общественное осуждение позиции, выраженной в недавнем интервью Ари Шавиту (газета Га-арец, конец ноября 2002-го) мэром Ганей-Тиква Авишаем Левин (Цитата: «Люди его поколения в его кругу решительно не понимают, - по его словам,- почему вообще нужно эвакуировать поселенцев. Нужно просто оставить их там – и дать палестинцам прикончить их»). Как с демократической, так и с нравственной и гуманистической точки зрения не может быть, разумеется, и речи о том, чтобы квалифицировать подобные позиции как подстрекательские. В качестве подстрекательского – с точки зрения морали и демократии Осло – будет квалифицировано утверждение, что позиции, подобные высказываемым Штрейнхелом и Левином, стимулируют убийство евреев палестинцами.

В отличие от палестинцев- экстремистов (Хамас) , умеренные палестинцы (Фатах, деятели возглавляемой Арафатом палестинской автономии, в недавном прошлом и может быть в ближайшем будущем сам Ясер Арафат) понимают и принимают посылаемые им левым и правым официальным Израилем сигналы. Так во время пока что не увенчавшихся успехом переговоров между представителями Фатаха и Хамаса  -  которые велись параллельно миротворческим операциям «Сначала Газа и Бейт-Лехем» (результат – превращение Бейт-Лехема в теплицу подготовки терористов)  и «Сначала Иудея и Хеврон» (результат – убийство 12 израильтян в Хевроне), инициированным Фуадом, разработанным при содействии дружественного Каира (как раз в это время сериал по мотивам «Протоколов сионских мудрецов» транслировался египетским телевидением для  всех понимающих арабский телезрителей, включая палестинцев и израильских арабов) и разрешенным главой правительства Ариэлем Шароном - представители Фатаха (так,по крайней мере, сказали нам) пытались уговорить Хамас удовольствоваться временно только убийством поселенцев и солдат ЦАХАЛа, и не взрывать пока что израильтян внутри «зеленой черты».

В многочисленных интервью, звучавших в том числе в израильских СМИ, палестинские представители (именно их имеют в виду израильские лидеры, в планы которых входит замена Арафата альтернативным руководством, с которым будут заключены соглашения и которое встанет во главе палестинского государства) вполне открыто и доходчиво (и скорее всего – намеренно открыто и доходчиво) поясняли свою позицию в этом вопросе. Говоря о прекращении терактов «внутри Израиля»,они подразумевали только Израиль внутри «зеленой черты»; говоря о прекращении терактов «против граждан», они не включали в это понятие поселенцев, поскольку «поселенцы это не граждане, а захватчики земель - ковшей адамот» .

Явный прогресс в этом вопросе наметился в самое последнее время: вдохновленный то ли обещанием Шарона подарить палестинцам государство, то ли обещанием его будущего партнера по правительству национального единства Амрама Мицны уничтожить еврейские поселения, приближенный Арафата Набиль Шаат сказал, что на переговорах Фатаха и Хамаса, которые вот-вот возобновятся, в определение «граждан» будут (временно) включены даже невооруженные поселенцы. Поскольку же большинство поселенцев на данный момент еще не разоружены руководимым Шароном правительством Мира, то нам остается только гадать о том, что имел в виду умеренный Набиль Шаат, говоря о хотя бы своей собственной готовности (дочерний филиал Фатаха, организция «Гдудей Халалей Эль-Акца» уже отмежевалась от оглашенного им предложения) включить невооруженных поселенцев в число евреев, не убиваемых пока что.


* Интересное подтверждение этому тезису я извлекла из услышанного мною буквально во время печатания этих строк анализа результатов завершившихся накануне ночью праймерис Ликуда. Ведущая полуденной программы  Кармит Гай интервьюировала на эту тему д-ра Ашера Когена из кафедры политических наук Бар-Иланского университета, хорошо знакомого мне как человека правых взглядов. Журналистка спросила, как он оценивает сказанные утром слова Амрама Мицны, что на первом месте  в списке Ликуда оказались принадлежащие к лагерю Нетаниягу политики, известные своей право-экстремистской ориентацией. «Ведь это действительно так?» - полу-вопросительно и полу-утвердительно спросила-сказала Кармит Гай. По голосу и тону Ашеар Когена чувствовалось, что он пребывает в некотором смущении. «Почему экстремисты?» - попытался он уточнить. «Ну ясно же почему,- сказала Кармит Гай.- Ведь они выступают против палестинского государства, в то время как  Шарон выступает за него!». Право-ориентированный доктор Коген не решился возражать. Он, специалист по политическим наукам,  постоянный гость-интервьер в радиопрограмме  Далии Яири «Другое дело» (Эньян ахер) и вообще восходящая звезда израильских СМИ,  обязан оставаться  вместе со стремительном сдвигаемым Шароном влево национально-государственным конценсусом , и ни в коем случае не засветиться как какой-нибудь правый экстремист вроде Дани Навэ или не так давно превратившегося в политика доктора философии Юваля Штайница.

Часть 2
3. Мы и Они на фоне Шалома и еврейской крови

Должна признаться, что меня несколько удивила эта «гуманинистическая» инициатива. Создается впечатление, что она отнюдь не обусловлена позицией Израиля, являясь скорее результатом давления со стороны американцев и других заинтересованных в быстрейшем отступлении Израиля к границам 67-го года сторон. Несмотря на то, что я довольно систематически слушаю новостные сводки Коль  Исраэль, мне не разу не довелось зафиксировать – как со стороны главы правительства Израиля Ариэля Шарона, так и со стороны особо приближенных к нему министров Ликуда –признаки какого-либо официального отмежевания  от пока что временно обойденной Набиль Шаатом базисной палестинской концепции, исключающей поселенцев из гражданского человеческого сообщества. Возможно ли, что молчание нашего руководства  является верным признаком того, что нынешний и будущий израильский премьер принял -  вместе с его новым обликом Отца Нации, любимца левых и Вождя Мира – также и мораль Осло, и намерен устанавливать обещанное им палестинское государство в точном соответствии с ней?

Этот тяжелый вопрос я задаю себе все чаще и чаще. Я задавала его себе после тяжелого теракта в киббуце Мецер, когда глава правительства и чуть ли не вся элита Ликуда прибыли туда вместе с руководителями системы безопасности и множеством других местных и заграничных почетных гостей.
Даже несмотря на то, что жители Мецера обвинили в убийстве крохотных девочек и их матери не реального убийцу, и тем более не тех, кто его послал, а «кибуш» и «митнахлим», я не вижу, разумеется, какой-либо нравственной проблемы в продемонстрированном политиками сочувствии киббуцникам. Нравственную проблему я вижу в том, что глава правительства и вся прочая гуманная гвардия Ликуда не сочли нужным осуществить такой же визит соболезнования, например, в поселение Хермеш, где за десять дней до теракта в Мецере (10.11.02), за пять дней до теракта в Кфар-Сабе (4.11.02), через два дня после теракта в Ариэле (27.10.02) и через неделю после теракта на шоссе Каркур (22.10.02) были убиты две девочки-подростки  и женщина (29.10.02). Я вижу не менее серьезную нравственную проблему в том, что не только левые политики и израильские СМИ , но и правые политики проигнорировали убийство Эстер Галии (18.11.02), поселенки из Кохав Га-Шахар, ехавшей в машине по дороге домой, но так и не вернувшейся к своему мужу и к ее оставшимся сиротами семи детям. Это убийство произошло через 3 дня после терракта в Хевроне (15.11.02) и за две недели до теракта в Иерусалиме (21.11.02).

Немаловажным с нравственной точки зрения является, как мне кажется, и то обстоятельство, что в течение всего этого периода следовавших один за другим терактов вне и внутри «зеленой черты», а также до и после этого периода, не прекращалась – как не прекращается и сейчас – почти абсолютно игнорируемая израильским официозом террористическая активность против солдат ЦАХАЛа и поселенцев в Газе и Гуш-Катифе. Только для примера, список происшествий в этом районе 4.11.02: попадание минометного снаряда в Неве-Дкалим рядом с детским садиком, только чудом никто не задет; в теплицах при поселении Ган-Ор упал минометный снаряд, ущерб нанесен построениям в теплице, но никто из людей, к счастью, не пострадал; южнее поселения Дугит обнаружен снаряд, который был обезврежен до того, как успел взорваться; еще одно попадание минометного снаряда в теплицах Ган-Ор, теплицам нанесен ущерб; прибывшие в Ган-Ор саперы установили, что в теплицу упала ракета-Касем, а не минометный снаряд.
 Информацию об этих и подобных происшествиях, каждое из которых лишь чудом или по воле случая не окончилось человеческими жертвами, можно было обнаружить только в сайте Совета поселений. Ни в Ynet, ни в сайте Маарива, ни, разумеется, в обоих сайтах газеты израильских интеллектуалов и гуманистов  Га-Арец ничего подобного мне найти не удалось.

Относительное безразличие правительства к непрекращающимся террористическим акциям за пределами «зеленой черты» по сравнению с террором внутри нее хорошо сочетается с уже упомянутой тенденцией «умеренного» крыла палестинцев отделять их миротворческое усердие, проявляющееся в декларациях относительно готовности прекратить теракты внутри Израиля, с их же решимостью продолжать «освободительную борьбу против израильской оккупации», то есть продолжать террор по отношению к израильтянам, проживающим на оккупированных территориях. Не означает ли это странное, на первый взгляд, сближение позиций «умеренных» палестинцев с позициями «умеренных» израильских политиков - не только левых, но в определенной мере также правых - конкретизацией того, что принятие Осло с неизбежностью приводит их к осознанному или бессознательному принятию и его нечеловеческого гуманизма –«гуманизма» разделения еврейской крови на ту, которую можно проливать, и ту, которую проливать нельзя; что превращение ими Осло в национально-государственный конценсус с неизбежностью приводит к превращению в конценсус и его поистине дьявольской морали - морали разрушения нашей национальной души?

В упомянутой уже программе «Факт» Илана Даян неоднократно и в разных формах пыталась выяснить у Шарона, намерен ли он эвакуировать поселенцев. Он старательно избегал ответа, но в определенный момент, когда был спрошен почти нагло и в упор, ответить ему все же пришлось. «Я не думаю,что обязательно нужно будет эвакуировать их», - сказал он мягко. «В конце концов они смогут остаться там после того, как будет заключено соглашение». Нет, Арик конечно не имел в виду то, о чем сказал Ари Шавиту мэр Ганей Тиква Авишай Левин. Я просто уверена, что он не имел этого в виду. Конечно нет!

И вот еще на что я обратила внимание.Волна террора, узловыми точками которой явились перечисленные выше трагические события, поднялась после продемонстрированной всему миру (западному как и арабскому) насильственной эвакуации поселенцев с форпоста на ферме Гильад и последовавшей за ней кампании грубого подстрекательства. Живя в государстве, управляемом оруэлловским словарем Осло, не стоит удивляться тому, что как в насилии, так и в подстрекательстве были обвинены сами поселенцы. Удивляться, может быть, приходится тому, что правые министры и парламентарии, справедливо подвергнувшие критике в этой связи бывшего министра безопасности Бен-Элиезера, повели себя так, будто бы им не ясно, что без разрешения главы правительства такого рода операция, разумеется, состояться не могла. Удивляться следует и тому, что они не обратили внимания на международный аспект этой акции – выступление Переса на заседании Совета ассоциации ЕС- Израиль в Брюсселе чуть ли не на следующий день после эвакуации форпоста на ферме Гильад.
 

«Израиль согласен на снос незаконных колоний на палестинских территориях, не колеблясь перед применением силы, если она понадобится, чтобы сломить сопротивление колонистов», - сказал он там. Прочтя это, я подумала, что машинисты возвращаемого на рельсы поезда Осло Шарон и Перес провели удачную генеральную репетицию будущей премьеры, и приглашенные на нее почетные зрители наверняка остались довольны вполне. А Фуад, что ж, это так, побочная мелочь – лакомая косточка, чтоб было что погрызть и возле чего сладко порычать наивным, простоватым и легковерным экстремистам из правого лагеря.
   Кстати, что касается правых вообще и лидеров поселенческого движения в особенности, то в ходе операции «Ферма Гильад» они были подвергнуты очень существенному, с точки зрения будущего Шалома, экспериментальному испытанию. Надо было проверить, не подняли ли они ненароком головы, не распрямили ли вдруг спины после того, как им так основательно согнули их за годы травли по поводу убийства Рабина. Надо было постараться, чтобы напоминание о том как бы уже совсем забытом страшном периоде снова вернуло их в покалечивший их души кошмар, снова заставило согнуться и повинно опустить голову. Эксперимент оказался потрясающе успешным. Первые же аккорды антипоселенческого подстрекательства тут же вогнали лидеров Совета поселений и даже ведущих поселенческих раввинов в оборонительную, извиняющуюся, осуждающую и отмежевывающуюся позицию. Никто из них – как и никто из правых министров-«экстремистов» –не сказал ни в одном из многочисленных, данных ими в те дни в СМИ интервью ни единого слова о тяжелейшем насилии полицейских подразделений, которому были подвергнуты сопротивлявшиеся эвакуации поселенцы на ферме Гильад.

Во всем виновата «молодежь с холмов», это она она била полицейских и солдат Армии Обороны Израиля, эта она отказалась подчиниться демократии. Они экстремисты, мешихисты и фанатики. Мы же – большинство поселенческого сообщества – совсем другие. Мы, конечно, против эвакуации поселений, но, сдругой стороны, мы за Демократию – даже вот такую, которая избивает нас и подстрекает нас, а потом утверждает, что избиваем и подстрекаем именно мы. Мы подчинимся ей что бы не было. Мы подчинимся ей,  даже если она решит эвакуировать нас с нашей еврейской земли и из наших домов всех до одного.

Нет, никто из поселенческих лидеров не сказал, конечно,  дословно именно этих слов. Но те,  кому надо, услышали их даже не произнесенными. По крайней мере в отношении функционеров из Муецет ЕША машинисты поезда Осло слева и справа  могут быть вполне спокойны. Эти сопротивляться трансферу евреев не будут.
 

Опыт эвакуации форпоста на ферме Гильад, задуманный как генеральная репетиция будущего большого спектакля,  достиг, таким образом, двух своих положительных целей:

1\ сопровождавшие его насилие и подстрекательская кампания привели к тому, что поселенческие лидеры испугались; когда наступит решающий момент, страх станет одним из главных факторов нейтрализации возможного сопротивления трансферу евреев;

2\ с помощью эвакуации форпоста на ферме Гильад руководимый правым Шароном официальный Израиль сказал международному сообществу: «Не беспокойтесь, мы без проблем сумеем сделать это!»

   Но у этого спектакля был еще третий, хочется надеяться не предусмотренный сценаристами и режиссерами результат. Посмотревшие его палестинцы, израильские арабы и арабские государства,  находящиеся и не находящиеся с нами в мире, сказали себе ,посмотрев его:
«Поселенцы снова не легитимны в израильском обществе. Их можно убивать!»

Поскольку же поселенцами в глазах арабов являемся в конечном счете мы все – то нет ничего удивительно в том, что назначая для себя временной тактической платформой убийство только поселенцев в узком смысле этого слова, они снова и снова затрудняются закрепиться на ней. Ибо жажда еврейской крови не признает ни зеленых, ни красных черт.

Эта жажда поистине страшна. Но не менее страшно то, что сами евреи – осознавая или не осознавая свою подлинную функцию и роль – оказываются способными обслуживать ее.

Это обслуживание – плоть от плоти Шалома-Осло. Можно сказать даже чуть метафорически, что оно и есть его истинная душа.

Часть 3

3.Дьвольская коррупция Мира.

«Около 300 млн. долларов из денег палестинского народа были переведены со счета Ясера Арафата и Мухмада Рашида в швейцарском банке на неизвестные цели в течение первого года интифады. Счетом в швейцарском банке «Ломбард Одье» управляли израильтяне Йоси Гиносар и Азрад Лев» (Маарив, 5.12.02).Азрад Лев сказал Бену Каспиту, что он говорит не только о людях, но о национально-государственном управлении. «Мне стало ясно, что мирный процесс коррумпирует не меньше, чем оккупация». Дан Маргалит писал в субботнем выпуске Маарива (6.12.02): «Но дело Гиносара касается не только его личного поведения. Оно выражает крушение израильской правительственной системы....Существует срочная необходимость в исчерпывающем расследовании, выходящем за рамки частного случая Гиносара и его личных слабостей. Необходимо понять, как покойный Ицхак Рабин, Шимон Перес и Эхуд Барак не поняли, что Гиносар не может быть в одно и то же время представителем Израиля против Арафата и личным финансовым компаньоном Арафата. Но даже если бы это было возможно – разрешение, которое ему было дано делать это, является совершенно недопустимым».

   Как и Бен Каспит, Маргалит не упоминает в своем списке глав правительства, пользовавшихся услугами Гиносара, нынешнего премьер-министра Израиля, но как ответственный журналист – он просто не мог не упомянуть казино Йерихо и связанные с ним факты, имевшие место в период власти правительства национального единства под руководством Ариэля Шарона:
«...Они, и с ними длинный ряд адвокатов, советовавших ему не раскрывать перед юридическим советником Эльякимом Рубинштейном  весь объем своих тайных сделок с палестинцами, и герои йерихонского казино, относительно которого в свое время было предложено, помнится, вывести его из сферы интифады, чтобы деньги текли паралеллельно льющейся крови...» (выделено мною – Р.Э).

Кое о чем  Маргалит все-таки не упоминает в своей статье – хотя мне очень трудно поверить в то, что он забыл подразумеваемые мною факты или не придает им должного значения в контексте так называемого дела Гиносара –точнее, дела якобы одного лишь Гиносара. Перечислю только несколько из этих фактов, информация о которых хоть и мельком, но появлялась в свое время в израильской прессе:
 

1. Маргалит не напомнил о тайной встрече, состоявшейся незадолго до выборов, на которых, впоследствии, главой израильского правительства был избран Ариэль Шарон. Частичная информация о ней чуть просочилась в ту пору в израильскую прессу. Во встрече участвовали самый крупный совладелец йерихонского казино, американский миллионер Мартин Шлаф; тайный советник Ясера Арафата и совладелец йерихонского казино Махмуд Рашид;сын Ариэля Шарона Омри Шарон; приближенный Ариэля Шарона Ури Шени; личный адвокат Ариэля Шарона и он же адвокат Йерихонского казино Дов Вайсглас. В рамках краткой информации об этой встрече в прессе высказывалось предположение, что приближенные к Шарону ее участники пообещали Шлафу и Рашиду, что если он выиграет выборы и станет главой правительства, то временно переставшее функционировать из-за разгоревшейся интифады казино будет восстановлено и открыто вновь. Обещали ли что-либо взамен этого Шарону и его приближенным Шлаф и Рашид, в израильской прессе, насколько мне известно, не сообщалось.

2. Маргалит не развил и не конкретизировал свой намек о давнем предложении  вывести казино «из сферы интифады, чтобы деньги текли паралеллельно льющейся крови». Я могла бы добавить к сообщенному им некоторые подробности, о которых я писала в своей статье «Единство в йерихонском казино», опубликованной в газете Вести 3.05.2001. Речь идет о предпринятой в те дни главой правительства Шароном и министром иностранных дел Пересом совместной инициативе облегчения блокады в районе Йерихо.Утром 24 апреля 2001 израильские СМИ сообщили, что между Израилем и палестинской автономией достигнута договоренность, согласно которой палестинцы, в обмен на согласие израильской стороны открыть казино и снять блокаду в этом районе, чтобы дать возможность израильским игрокам вернуться к прерванным интифадой азартным занятиям, перестанут стрелять в этом районе. Министр иностранных дел еврейского государства обосновал этот план гуманитарными соображениями заботы о голодных палестинских детях. Мероприятия по облегчению блокады будут осуществлены без всяких предварительных условий со стороны Израиля и без наших требований чего-либо взамен, - заявил он в СМИ. Перес также еще раз напомнил народу, что Арафат вовсе не является врагом, но остается нашим партнером. «Просто он ошибается».
  Инициатива Переса и Шарона тем не менее не была реализована.Уже в первой половине дня прозвучали гневные реакции на нее со стороны ряда израильских политиков и общественных деятелей, как правых, так и левых. Одним из центральных мотивов критики было решительное неприятие того, что кто-то из критикующих назвал «торговлей безопасностью граждан в обмен на экономические интересы террористов». Критикующие не преминули указать на весьма сомнительную нравственную подоплеку позиции, согласно которой Израиль, по сути, готов платить пелестинцам за то, что они обещают не стрелять в евреев в том месте, где они имеют от этой «сдержанности» существенный экономический эффект, продолжая при этом осуществлять террор в других местах – от Хеврона до Сдерота и от Неве-Дкалим до иерусалимского квартала Гило. Против выступил и  глава ШАБАКА Ави Дихтер. Газета Га-цофэ (25.05.01) сообщила, что именно позиция последнего вынудила Шарона к отказу от своего первоначального плана. Глава правительства сделал заявление, что израильтянам будет запрещен вход в казино пока не прекратятся насильственные действия палестинцев. Я не помню, был ли в те дни Дан Маргалит одним из тех, кто выступил против плана Шарона и Переса. Сегодня, напоминая в своей статье об этой истории, он почему-то избегает того, чтобы назвать имена замешанных в ней людей.

3. Маргалит не сообщает о тайных встречах посетившего Ближний Восток Мартина Шлафа с палестинцами и с Омри Шароном, состоявшихся примерно за неделю до выдвижения руководителями израильского правительства описанной выше инициативы. Он не пишет также о том, что примерно в те же дни помещение казино, - как сообщала тогда пресса, - было основательно отремонтировано. Все было готово к осуществлению запланировнной сделки. Но в те времена в Израиле, как видно, еще были общественно значимые фигуры, способные обращать внимание на проявления настоящей коррупции и действовать для пресечения таковых. Потому сделка не состоялась. Сегодня же единственным общественным обсуждением жуткой сенсации Бен-Каспита являются, пожалуй, только реакции читателей интернетского сайта Маарив. Что касается представителей всевозможных элит и журналистов – то есть тех относительно немногих израильтян, которые удостоены в нашем государстве почетного звания «общественности» ( цибур), и потому, в отличие от прочих не-общественных и антиобщественных элементов, имеют неограниченный доступ к средствам массовой информации – то они обсуждают гораздо более животрепещущие проблемы.      

4. Маргалит не пишет об открытом письме одного из ведущих политиков Ликуда Михаэля Эйтана главе правительства Ариэлю Шарону, которое было опубликовано примерно в те дни, о которых мы говорим здесь, в газете «Макор ришон». Эйтан написал его в связи с опубликованием в Га-Арец заявления некоего чиновника департамента главы правительства о существовании в прошлом и планировании на будущее коммерческих связей между Омри Шароном и Ури Шени с одной стороны и палестинскими деятелями с другой. Эйтан требовал от Шарона доказательного и публичного опровержения этой информации: «Невозможно себе представить и невозможно допустить, писал Эйтан, чтобы израильские деятели имели коммерческие связи с Арафатом -  и тем, по сути, финансировали ведущуюся против нашей страны террористическую войну». Михаэль Эйтан в своем открытом письме также просил главу правительства развеять усилившиеся после публикации  Га-Арец подозрения и слухи, что коммерческие интересы Омри Шарона и Ури Шени в палестинской автономии повлияли на решение Шарона-отца запретить публикацию подготовленной израильской разведкой  «Белой книги», которая была призвана стать важнейшим оружим в пропагандистской войне за мировое общественное мнение, ведущейся между Израилем и палестинцами. 

5. И еще один отнюдь не мало значащий  факт, о котором не упомянул в своей нынешней статье Дан Маргалит. За полгода до описываемых событий, когда казино перестало функционировать в связи с придвинувшейся уже и к Йерихо интифадой, генерал Яков Ор, бывший тогда координатором действий ЦАХАЛа в ЕША, заявил, что деньги от его огромных прибылей, составлявших к моменту закрытия казино миллион долларов в день, идут на финансирование палестинских вооружений. В дни описываемых событий эта тема, хотя и весьма заглушенно и минорно,  всплыла снова. Маарив от 25.04.01 лаконично сообщил, что высшие источники из израильского военного руководства предупреждают, что в случае возобновления деятельности йерихонского казино деньги израильских игроков окажутся в кассе палестинской автономии и скорее всего «будут затрачены на субсидирование продолжающегося антиизраильского террора, которым управляют Арафат и его люди».

   Все эти, и наверное многие другие, хорошо известные ему и не известные мне факты почему-то не сообщил ведущий израильский журналист Дан Маргалит, забывший упомянуть имя Ариэля Шарона  в списке глав правительства, пользовавшихся услугами Гиносара. Может быть, он не упомянул его по той причине, что непосредственными услугами этого грязного человека пользовался не он сам,  а его сын – точно так же, как сын, а не сам глава правительства , пожимал руку Арафату. Но может быть, причиной молчания Маргалита является и то, что он хочет, очень сильно хочет мира, то есть Шалома. А кто, скажите пожалуйста, может сегодня достичь Шалома, то есть мира, кроме Арика Шарона, неожиданно переродившегося  из «фашиста» и «убийцы» времен Ливанской войны в любимого всем просвещенным обществом Отца Нации в еще пока существующем государстве Израиль?
 

4. Друзья и враги
 

В деле о коррупции предварительных выборов в Ликуде Ариель Шарон ведет себя как пострадавшая сторона, а СМИ как сторона удивленно потрясенная.
Как будто породившая эту «вдруг взорвавшуюся бомбу» проблематичная система предварительных партийных выборов (та самая, которую Шарон теперь обещает отменить), не была принята в результате наглых в своей беспрецедентной антидемократичности манипуляций на ликудовских конференциях. Как будто сама возможность этих манипуляций не возникла благодаря «замены центра Ликуда». Как будто эти и другие «мероприятия» не были осуществлены людьми главы правительства для нейтрализации Нетаниягу, но в еще большей степени – для нейтрализации сопротивления Центра Ликуда идее установления палестинского государства. Как будто израильские СМИ не участвовали во всех этих и предшествовавших им антидемократических махинациях, не только покрывая и замалчивая их, не только давая им оправдание  задним числом, но порою и направляя их опытной рукою изощренных политических комментаторов.
   В этом смысле особенно памятен не умолкавший добрых несколько месяцев запев Ханана Кристалла, славившего Шарона за то ,что он ведет себя  как большой политический деятель (мдинаи) и общенациональный вождь (манхиг), действующий во благо общенациональной цели Шалома (и естественно - невзирая на никому не интересное мнение членов своей партии, ее избирателей и ее центра)– а не как какой-нибудь просто политик (политикай), оглядывющийся на мнение своих избирателей,их запросы и цели, взгляды и идеологию.

Шарон уже было совсем привык к тому, что СМИ сотрудничают с ним и покрывают его мелкие и крупные антидемократические и антинациональные грехи. Обе стороны этого не-святого союза хорошо знали,что  цена , которую Арик платит за него – это уже не раз упоминавшаяся нами шароновская приверженность «миру», то есть его готовность отступить из Иудеи, Самарии и Газы, достичь соглашения с палестинцами и эвакуировать еврейские поселения. Я пишу об этом в прошедшем времени потому, что мощная раскрутка израильскими СМИ дела о коррупции Ликуда свидетельствует о том, что их любовь к Арику, похоже, пришла к своему логическому концу.

На самом деле это вовсе не должно удивлять. Если бы не было этого скандала, нашлось бы что-нибудь другое. Мавр сделал свое дело, и сделал его на славу. Теперь мавр может уходить. Мицна и Авода уже празднуют «маапах» (переворот). Еще недавно почти приближенный к главе правительства (хотя, естественно, не в такой степени, как не сравнимый ни с кем в своей поистине собачьей преданности и навечно верный Ури Дан) Нахум Барнеа пишет статью, дающую понять, что Шарон перестал быть релевантным для мирного дела. Нисим Кальдерон требует Мицну, полной эвакуации всех поселений и возвращения Израиля к его милым и мирным доокупационным границам. Шарон прочно вернул в центр политической карты уже не просто левых, но самых радикальных и воинствующих бойцов войны Шалома – тех, кто в начале интифады казались политически и морально конченными навсегда. А трансфер поселенцев Мицна и впрямь способен осуществить еще лучше, чем Шарон.

Но именно здесь и ловит Арик свой почти последний шанс вернуть себе любовь «общественности». Именно здесь, в Хевроне – где надежные партнеры Переса, Мицны и Шарона по прошлому и будущему Миру убили только за последнее время сначала 12 , а потом еще двое израильских людей. Здесь, где убийца из подопечного Арафату Танзима размозжил голову девочке Шалхевет Пас, выстрелив в нее из точно отмеренного снайперскго прицела. Здесь, где израильская ВЛАСТЬ ЗАКОНА (шильтон-а-хок) вот уже многие годы преследует самых самоотверженных евреев этой страны именно и только за то ,что они самоотверженно верны своему народу и своей земле, своему еврейству, своей истории и своему Б-гу.

 Арик отлично знает, что только утоляя ненависть к поселенцам вообще и еврейским жителям Хеврона в особенности, он может вернуть себе хоть ненадого доброжелательное отношение  осерчавших было Хозяев Фермы – тех, что  без устали травят народ этой ненавистью, прямо или косвенно подстрекая  партнеров по кровавому и хорошо оплачиваемому сговору Осло к убийству евреев и «морально» оправдывая этот геноцид.

«Вывести армию из Хеврона и  по мне – так чтоб 150 тысяч палестинцев сожрали этих поселенцев, заправив еду маслинами, которые эти сумасшедшие фанатики воруют у наивных палестинских  крестьян», - так написал один из реагирователей УАЛЛЫ под статьей, сообщающей о приближающейся эвакуации форпоста «Герои Хеврона». Они не стесняются писать такое, и «Власть закона» не привлекает их за подобные речи к ответственности за подстрекательство. Политически активные родители солдатки Керен Якоби (отец, Игаль Якоби – «общественный деятель, создавший штаб партии Шинуй в Хедере», Маарив), убитой на посту возле Маарат-Махпела 12.12.02 , высказались в интервью, данному корреспондентке Маарива (15.12.02), примерно в том же духе. Они обвинили в убийстве дочери не палестинских убийц, а поселенцев, этих «сумасшедших фанатиков». Она погибла потому что охраняла их, - заявили эти нравственные и трезвомыслящие (шфуим) граждане, как и процитированный выше реагирователь из интернета, обвиняющие поселенцев в «ненависти ко всему, что есть еще здорового и трезвого в этом государстве».
   Вот таким гуманистам хочет услужить герой правых Арик Шарон, устраивая еще один показательный «пинуй митнахлим» в городе Праотцев Хевроне. А может, и не только им одним. В интервью Дану Маргалиту в Политике 17.12.02 глава правительства сообщил, что поддерживает тайные контакты с палестинскими деятелями. Имена он, правда, назвать отказался.Но вот из интервью, данного сайту Ynet комендиром «Гдудей Эль-Акца», можно сделать вывод, что палестинские товарищи, несмотря на все миротворческие усилия нынешнего главы правительства, предпочтут все-таки  Мицну. Копия, как известно, всегда хуже, чем оригинал.

Родители Керен Якоби обвинили поселенцев в том , что она была убита потому что охраняла их. Написавший разгневанную реакцию на их интервью Меир Индор, возглавляющий организацию инвалидов террора, разъяснил ,что спецподразделение военной полиции САХЛАБ (Архидея) , в котором служила девушка ,было создано еще в годы правительства Рабина не для охраны поселенцев, а для их изначально запланированной в соглашениях Осло насильственной эвакуации. Более подробную информацию на эту тему я получила от Шмулика Мучника- художника, одного из основателей еврейского ишува в Хевроне.
   Подразделение действительно было создано с этой целью, - подтвердил он. Именно поэтому в него поначалу не принимали поселенцев и религиозных. Но война резко изменила весь расклад. Вопреки тому, чтобы -  как это было изначально запланировано - быть врагами, мы стали товарищами. Речь идет не просто о хороших отношениях между солдатами и поселенцами. Наименее молодых и здоровых из нас, в основном тех, кто уже освобожден от резервистской службы, но все равно хочет проходить ее, - сказал мне Шмулик, - прикрепляют во время сборов именно к подразделению САХЛАБ. С ними мы были и во время операции Хомат-Маген. В нынешний моцей- шабат мы ездили на базу поддержать ребят после происшедшего теракта, где они потеряли двух друзей. Настроение было очень тяжелое – и они были очень благодарны нам за поддержку.

 Когда Шмулик рассказывал мне это, я еще не знала, что Шарон запланировал, для ублажения левых и арабов,  устроить показательную эвакуацию еврейского форпоста возле пещеры Махпела. Потом, слыша в радиосводках и читая в интернете о готовящемся мини-трансфере, я думала о том, что одной из его явных или скрытых целей может быть возвращение той ситуации, когда солдаты подразделения САХЛАБ и поселенцы Хеврона и Кирьят-Арбы снова превратятся из друзей во врагов. Все правильно. Друзьми они могли быть лишь в ситуации войны. Но Арик Шарон в «Полтитике» твердо пообещал Маргалиту ,что он приведет Израиль к миру.

И еще я думала о маленькой истории, которую рассказала мне живущая в Бейт-Адасса пожилая и очень физически нездороровая женщина необыкновенной душевной красоты и силы, мама Шмулика, Лея Мучник-Гольдштейн. В спецподразделении военной полиции, о котором идет речь, служил не так давно молодой перень по имени Хагай, дальний родственник семьи Мучников – сабра, родители которого репатриировались в свое время из бывшего СССР. Его бабушку, которая во время Второй мировой войны была в Риге, вытащили, чудом оставшуюся в живых, из под груды убитых во время акции трупов. Если бы не Израиль, - сказала она как-то Лее, - я бы никогда не смогла родить детей. Она родила двух дочерей. Хагай –сын одной из них.

Я очень надеюсь, нет, я просто всею душою верю в то, что солдаты из подразделения, в котором служил Хагай, не дадут сделать себя врагами евреев Хеврона.

18.12.2002


Авторский сайт Раисы Эпштейн

К главной странице>>