Авторский сайт Раисы Эпштейн

К главной странице>>

Раиса Эпштейн

Дорожная карта антиеврейской лжедемократии

(Расширенная версия статьи, публикуемой автором на иврите в журнале "Натив")

Враги мои говорят обо мне плохое:
"Когда же умрет он и погибнет имя его?"

Даже человек мирный со мною, на которого я полагался,
который ел хлеб мой, поднял на меня пяту.

Псалмы Давида, 41: 6, 10

Государственное подстрекательство

      "Прокуратура представила обвинительное заключение против раввина Ицхака Гинзбурга по статье о подстрекательстве к расизму. Раввин Гинзбург написал в своей книге ...что у израильских арабов нет права находиться в Эрец-Исраэль", Ynet., (ивр.), 3/07/03
      "Юридический советник правительства издал распоряжение расследовать, нет ли преступления рамок законности в словах раввинов из "Объединения раввинов за народ Израиля и Землю Израиля", согласно которым "ни у какого правительства нет полномочий заявить о создании чуждого государства и передать не-евреям часть Земли Израиля". Рубинштейн дал указание ... проверить, есть ли необходимость применения судебных мер по отношению к раввинам в связи с письмом, переданным ему членом кнессета от партии Авода Далией Ицик, в котором она обращает его внимание на чрезвычайную конференцию, на которой присутствовали около 500 раввинов." Ynet., (ивр.), 7/07/03
      "С захватом Киева Красной армией глава Новгородокских ешив "Бейт- Йосеф" рабби Авраам Ефхин, да будет Благословенна память праведника, вернулся в Гомель и возобновил свою духовную работу. В этот период Евсекция вела жестокую войну против ешив, и был опубликован Указ, запрещающий их существование именем закона. Однако рабби Авраам отправил своих тайных посланцев во все ешивы Новгородка, чтобы передали от его имени однозначное указание: "Не подчиняться, не исполнять приказ властей". Многие ешиботники были закованы в наручники и брошены в тюрьмы по обвинению в поддержании ешив и изучении Торы..". Шауль Шиф, Истории о преданности и любви к Торе (ивр.), газета "ХА-ЦОФЕ", 5\06\03

18 июня 2003-го года, в день похорон убитой террористами семилетней девочки Ноам Лейбович; за день до убийства Авнера Мордехая из мошава Саде-Трумот взорвавшимся в его торговой лавке террористом; накануне сопровождавшегося тяжелым насилием со стороны спецподразделений полиции и армии выселения еврееев с форпоста Мицпе-Ицхар и разрушения всего находившегося там, включая еврейскую синагогу, - член кнессета Иоси Сарид сказал в радиопрограмме решет-Б "Точка встречи", что следует заключить раввинов Иудеи , Самарии и Газы в их синагогах, дабы не вмешивались в политику и не смели оглашать своих мнений относительно того, являются ли отдаваемые в ЦАХАЛе приказы незаконноми и аморальными.
Следует отметить, что Сарид пока еще не отдал приказ (демократический) заковать раввинов в кандалы. Однако что касается всей массы поселенцев, то они, похоже, с его точки зрения, действительно заслуживают этого, поскольку само их нахождение в тех местах, где они живут, - как он сказал в том самом интервью, нарочито чеканя каждое слово, - представляет собою военное преступление, и даже преступление против человечности.
Ни член кнессета Далия Ицик, ни кто-нибудь другой из просвещенных израильских демократов, не обратился в связи с этим высказыванием к юридическому советнику правительства, да и самому профессору Эльякиму Рубинштейну не могло, разумеется , прийти в голову отдать распоряжение проверить, "есть ли необходимость применения судебных мер" в отношении господина Сарида. И это несмотря на то обстоятельство, что аргументацией, довольно близкой высказанной бывшим председателем партии Мерец, постоянно пользуются считающиеся в нашем государстве "умеренными" вожди террористов, обосновывающие даваемое ими разрешение на убийство еврейских поселенцев тем, что те являются "не мирными гражданами, а захватчиками исконно палестинских земель" .
С другой стороны, трудно ожидать от юридического советника открытия дела против члена кнессета Сарида по подозрению в расизме и подстрекательстве к убийству еврейских поселенцев в ситуации, когда этот, или подобный ему подход - заимствованный у разработавших его израильских левых двумя правительствами Шарона и принятый затем на вооружение также администрацией Буша (трудно требовать от неевреев, чтобы они были меньшими антисемитами, нежели лидеры еврейского государства) - стал ныне неким подобием официальной идеологии государства Израиль, еврейского и сугубо демократического.
Источником вдохновения для предложения заключить раввинов в синагоги послужило для Сарида, по его словам, якобы имевшее место высказывание Теодора Герцля на эту тему. Мы не станем заниматься здесь вопросами переписывания истории и предыстории государства Израиль, являющегося делом привычным в кругах, называющих себя "просвещенным обществом". Обратим внимание на другое. В отличие от самого Сарида, Теодор Герцль жил до эпохи, в которой в просвещенной Европе были установлены два тоталитарных режима. Один из них убивал всех евреев подряд, не разделяя их на исполняющих заповеди Торы и атеистов. Другой же, зачастую руками бесконечно преданных ему евреев, заключал раввинов в тюрьмы, заковывал их в наручники, запрещал им учить Тору и обучать ей своих учеников, - и тем более, не позволял им оглашать свои галахические постановления. Этот второй режим на более позднем этапе своего существования поддерживал ООП, создал его лидера Арафата, обучил ставшего ныне израильским партнером Абу-Мазена теории Катастрофы европейского еврейства, а после своей позорной неудачи в Шестидневной войне сформулировал концепцию израильской оккупации, принятую ныне от имени государства Израиль его премьер-министром, лидером национального лагеря Ариэлем Шароном.
Советский Союз, который породил все это до того, как окончательно прекратил свое существование, был тоталитарным и антисемитским государством, хотя его властители и идеологи утверждали ,что оно воплощает собою истинную демократию. Таковым оно представлялось и его верным гражданам, а наряду с ними - многим представителям просвещенной левой гвардии во всех странах мира, включая, разумеется, и Израиль.

Права человека - только для палестинских людей и израильских миролюбов

      "Вопрос, в действительности, не в том, чего желает народ, а в том - что хорошо для народа....Ясно, что Руссо и пошедшие по его стопам, в особенности Робеспьер, видели в этом принципе основание для возможности установления диктатуры личности, или группы людей, убежденных в том ,что они воплощают в себе Общую Волю (общую волю народа как цельного нерасчлененного единства - Р.Э) ...Иначе говоря, выясняется, что в лоне радикальной демократии Руссо изначально скрывается зерно диктатуры (устанавливаемой во имя политического воплощения заранее известной одной и единственной истины/ цели - см.цитаты из Тальмона в заключительной части настоящей статьи. Р.Э.)". Шломо Авинери. Общее достояние. (ивр), изд. 17, 1992, с. 124
      "...Мы ведь все приняли Осло, несмотря на то, что это соглашение родилось не демократическим образом. Контакты были тайными, не было их обсуждения в СМИ, обществу лгали. В этом вопросе то, что говорили правые, было верно...Только в последний момент соглашение представили как уже состоявшийся факт, вроде сделки - принимайте или отказывайтесь. Тяжелые нарушения демократии были и в самом этом процессе. И тем не менее мы приняли его с огромным воодушевлением, и с моей точки зрения это правильно...Я предполагаю, что мы не хотим достичь мира посредством диктатуры. Это - нет. Но все-таки и это не простой вопрос, и ответить на него нелегко. Ибо если нам говорят, допустим: "Хорошо, господа, здесь год-другой будет диктатура, и в конце ее наступит мир, и это приведет к благоденствию и справедливости" - разве мы не согласимся на это? " Юли Тамир, интервью Ари Шавиту (ивр.) , "Гаарец", 13\08\99

***

      "Террористический акт с 20 убитыми в Тель-Авиве будет концом политического процесса" - заявил сегодня министр иностранных дел Сильван Шалом на встрече с делегацией ЭЙПАК в Тель-Авиве. Шалом уточнил, что "в противоположность прошлому правительству, нынешнее правительство не пойдет по пути переговоров днем и террора ночью". Ynet, 4\07\03

Из откликов пользователей Интернета:

      "Это настоящее приглашение совершить теракт...Не беспокойся , Сильван, если ты приглашаешь - они будут рады откликнуться..."
      "Какова цена? Если, не дай Б-г, будет теракт с 17 убитыми в Хайфе, или с 10 в Хедере, или с 5 в Нетании - вы не прекратите политический процесс? Правильно ли я понимаю, что цена - это 20 и больше убитых евреев, но и это только и исключительно в Тель-Авиве?"
      "А если будет один убитый , и это будет, не дай Б-г, член твоей семьи, ты и тогда скажешь это? Хочешь ли ты сказать, что нет никакой ценности жизни евреев в количестве до 20 человек?"
      "Похоже, он передает этим кому-то некий намек..."
      "А если будет, не дай Б-г ,убит "всего лишь" один еврей, да и тот "на территориях" ?????
      "КАКАЯ РАЗНИЦА МЕЖДУ УБИЙСТВОМ ОДНОГО ЕВРЕЯ И УБИЙСТВОМ 20 ЕВРЕЕВ?"

В том же самом интервью Йоси Сарида спросили, почему Амосу Озу можно призывать к отказу от выполнения приказа о трансфере арабов, а раввинам ни в коем случае нельзя сказать, что, прежде чем религиозный солдат пойдет выполнять приказ о выселении евреев из их домов, построенных ими на еврейской земле, он должен остановиться и посоветоваться с собственнной совестью. Потому, - ответил Сарид, - что Амос Оз высказывает свою личную точку зрения, а раввины издают галахические постановления. Автор настоящей статьи, в отличие от радикального атеиста, совсем недавно занимавшего пост министра просвещения государства Израиль, не считает себя настолько грамотной в вопросах иудаизма, чтобы судить, действительно ли является галахическим постановлением обращенный к религиозному еврею призыв другого религиозного еврея поступать по совести, когда речь идет о судьбоносной проблеме жизни евреев на еврейской земле. Но зато в гораздо более простом вопросе, безусловно близком либеральной душе Сарида, под силу разобраться также и мне.

Многие в нашей стране считают, что властители дум и душ из левой литературно-политической элиты являются подобием священников секулярной религии и обладают едва ли не большим влиянием на свою паству, чем раввины на всю массу еврейских поселенцев. Но подлинная проблема, как мне кажется, состоит вовсе не в том, издают ли Амос Оз или Давид Гроссман галахические постановления, а в том, обладают ли раввин Шломо Авинер и раввин Залман Меламед, точно в той же мере, как писатели Амос Оз и Давид Гроссман, базисными правами гражданина и человека, которыми во всяком подлинно либерально-демократическом государстве наделяются все без исключения его граждане. И если это не так, то есть если гражданские права, одним из важнейших среди которых является право на свободу взглядов и свободу слова, полагающиеся гражданам Давиду Гроссману и Амосу Озу, не полагаются гражданам Залману Меламеду и Шломо Авинеру, то - каким бы не было обоснование этой странной асимметрии - единственным выводом из факта ее наличия может быть лишь заключение о том, что государство Израиль не является либерально-демократическим в подлинном смысле этого слова.

Но в действительности ситуация оказывается еще более сложной и странной. В определенном смысле либерализм государства Израиль выглядит не только существующим, но даже чрезмерным. Речь идет о совершенно особом внимании к соблюдению прав гражданина и человека для израильских арабов и палестинцев. Так, насильственный бунт бесновавшихся израильских арабов в начале нынешней интифады завершился комиссией по расследованию и обвинением полиции в недозволенном насилии против "демонстрантов" - в то время как ненасильственный протест движения "Зо арцейну" незаконному (см. цит. из интервью Юли Тамир) ословскому сговору был жестоко подавлен властями, а наказанию были подвергнуты не бесновавшиеся от дозволенного им зверского насилия полицейские, а люди, пытавшиеся реализовать одно из базисных прав, даваемых гражданам всякого подлинно либерально-демократического государства - право на протест. Забота государства Израиль о правах человека палестинцев, включая реальных и потенциальных убийц из их числа, нередко приводит его к пожертвованию жизнями евреев (как например это было в Дженине во время последней интифады) - как если бы у этих последних не было хотя бы не меньшего, чем у арабских убийц, базисного права на жизнь и как если бы они вовсе не были людьми, убийство которых, хотя бы не в меньшей степени, чем убийство в оборонной войне ("Хомат маген" - стена обороны) арабских терророистов, должно быть квалифицировано как преступление против человечности.

На этом фоне ущемление в гражданских правах прежде всего противников Осло, раввинов и поселенцев, то есть граждан, определенных в свое время Шимоном Пересом в качестве евреев (известно его высказывание после выборов 1996-го года о победе в них евреев и проигрыше израильтян: то есть критерием принадлежности граждан к израильтянству является, по Пересу, их миро-ориентированность, из чего тотчас же вытекает, что граждане, которых Перес определяет в качестве евреев, являются врагами мира), свидетельствует о странном для называющего себя еврейским государства явлении: его двуликая демократия является предельно либеральной в отношении к арабам и их израильским сторонникам и защитникам, но становится явственно тоталитарной, когда она обращается к еврейскому полюсу израильского общества. Пересовскому критерию определения израильтянства этот вывод ничуть не противоречит, ибо "мир" по Осло и, еще более явственно, по "Карте дорог", есть не что иное как солидаризация "израильтянства" с арабским интересом вопреки интересу еврейскому (см. об этом в заключительной части настоящей статьи).

***

У преступников против человечности, каковыми являются раввины и рядовые поселенцы Иудеи, Самарии и Газы, нет права на свободу взглядов и свободу высказывания. У них нет, разумеется, также права на протест и права на свободный выбор местожительства. Поэтому собственное государство запросто может насильственно, по своему произволу, вышвырнуть их из обжитых уже несколькими поколениями домов и переселить в места , которые сочтет нужным «заселить ими» (инициатива министра Парицкого), как если бы это были не свободные граждане своей свободной страны, а мешки с картошкой, перевозимые из пункта А в пункт Б в товарных вагонах. Ясно как день, что всякая попытка возражений и протеста со стороны этих «не граждан, а захватчиков исконных палестинских земель», не может быть истолкована иначе как экстремизм и чрезвычайная угроза самому факту существования единственной на всем Ближнем Востоке процветающей израильской демократии.

Но все эти ущемления в правах и свободах могут выглядеть лишь мелкими неудобствами на фоне вещей гораздо более серьезных. История знавала, а политическая мысль описывала ситуации, в которых граждане по доброй воле отказывались от свободы при условии, что государство, хотя бы этой дорогой ценой, обеспечит им физическое выживание. Ни одно из действительно цивилизованных и демократических государств современности не может отказаться от базисной обязанности защищать жизнь своих граждан. Даже те варварские режимы, которые нередко своих граждан убивали, делали это собственными руками, но не позволяли совершать этого другим.

Государство Израиль, поставившее своей целью «нормализовать» еврейский народ (то есть избавиться от обрекающей на одиночество избранности), совершенно ненормальным образом занято не столько обеспечением жизни своих граждан, сколько неустанными попытками интеграции себя в «большой мир» (hа-олам hа-гадоль). В ситуации, когда наиболее приближенным к нам островом этого мира являются общества, культивирующие смерть взрывающих себя вместе с евреями палестинских «воинов свободы», противоречие между навязчивым устремлением государства Израиль интегрироваться в этой среде (памятно озвученное на заре эпохи Осло пожелание Переса относительно вступления Израиля в «Лигу арабских наций») и его обязанностью гарантировать жизнь собственных граждан оказывается практически неразрешимым. О том, какой из этих двух принципов избран и какой из них отвергнут Израилем Осло и Карты дорог, более всего свидетельствует его политика по отношению к поселенцам – но не только к ним одним. Чем более мы продвигаемся «вперед» по дороге Мира, тем более становится очевидным, что отношение государства к поселенцам является лишь индикацией того, что рано или поздно постигает и постигнет нас всех.

***

Как следует из сходства тезиса Сарида с аргументацией террористов, и не только из одного этого, еврейские поселенцы Иудеи, Самарии и Газы лишены не только перечисленных выше базисных прав и свобод. В условиях израильской демократии поставлено под большое сомнение также их гораздо более основополагающее право, а именно - обеспечиваемое всем своим гражданам любым цивилизованным государством право на жизнь.
На первый взгляд, может создаться впечатление, что израильская демократия отказывается гарантировать жизнь «только» группе граждан, чей страшный еврейский грех состоит в приверженности Эрец-Исраэль и стремлении реализовать право народа Израиля жить на ней. Но отрицание прав гражданина и человека государством, неизбежно становящимся при этом тоталитарным, не может, разумеется, оставаться частичным и остановиться на полпути.

И вот уже министры правительства Шарона, избранные проголосовавшими за них гражданами прежде всего чтобы выражать их интересы и чаяния – как и рядовые члены кнессета от Ликуда и члены ликудовского центра - выглядят лишенными свободы слова и возможности какого-либо реального влияния на политику правительства. На любую попытку критики с их стороны глава правительства - обращаясь не столько к ним, сколько к микрофонам и телекамерам журналистов - презрительно «напоминает», что народ избрал не их, а его, и все они находятся в кнессете и правительстве благодаря этой личной шароновой победе. Самое поразительное состоит в том, что никто даже не пытается оспорить и опровергнуть эту наглую и откровенную ложь, никто не осмеливается напомнить не только забывчивому премьеру, но и израильскому обществу, что нынешние выборы уже не были прямыми выборами главы правительства, и потому скорее Шарон должен подчиняться воле большинства народных избранников, а не они подчинять свою волю его диктаторскому произволу.

Нарушения демократии, о которых, имея в виду характер заключения соглашений Осло, говорила в своем интервью Юли Тамир, по сути согласившаяся с возможностью диктатуры «ради мира», становятся, с каждым следующим этапом нарастания этой диктатуры, все более вопиющими. И если в период Кемп-Дэвида-2 диктаторские замашки Эхуда Барака, несмотря на попытки его сторонников оправдать и их целью достижения мира, вызывали очень серьзную критику как в академической среде, так и в кругах влиятельных журналистов, то по поводу ситуации Шарона невозможно уже услышать голоса даже самой минорной публичной критики.
Скорее, наоборот. Политкомментаторы вроде Ханана Кристалла представляют сложившуюся в израильской политике ситуацию едва ли не идеалом демократии (Кристалл: проявляя пренебрежение и глубокое презрение к решению ликудовского центра, сказавшего "нет" палестинскому государству, и к его протесту против "Карты дорог", Шарон выступает как истинный Вождь Нации, а не как мелкий политикан). Им вторят особо приближенные министры, вроде Эхуда Ольмерта, оглашающие - дабы оправдать принятие Шароном в Акабе программы самороспуска сионистского государства - руссоистско-робеспьеровскую формулу основанной на тоталитарной демократии вожденческой диктатуры (см. цитату из книги Шломо Авинери).

Ведомые любовью к "миру", и еще более ненавистью к поселенцам левые, прекрасно понимающие, что здесь в действительности происходит, плотно держат язык за зубами, надеясь, что упрочивающаяся диктатура не коснется их самих. Впрочем, в этом они, конечно же, не ошибаются. Диктатура их собственного мировоззрения, выступающая здесь под видом демократии (см. цитату из книги Э.Швайда в последней части настоящей статьи), поддерживаемая всей мощью оказываемого политического давления и огромными финансовыми вливаниями со стороны проарабски и антиизраильски ориентированных западных международных институций и материализованная в самом Израиле во всесильных и никем не избираемых инстанциях и структурах, может, по своему усмотрению, как установить, так и сбросить любую диктатуру формальной власти в любой приглянувшийся этой "демократии" момент.

Правые же, впитавшие в себя старые сионистско-социалистические культы государственности ("hа-мамлахтиют"), вожденчества (hа-манhигут) и тотального национал-коллективизма ("ахдут hа-ам"), делегитимизирующего право еврейского меньшинства отстаивать свои требования как якобы противоречащие "общенациональному конценсусу" (см. о руссоистском принципе "общей воли" в той же цитате из книги Шломо Авинери), оказываются решительно не способными ни понять происходящее, ни организовать адекватные создавшейся ситуации формы протеста. Это создает идеально удобную ситуацию для манипулирующих ими левых и не менее благоприятные условия для борьбы израильских арабов "изнутри" за цели, к достижению которых стремятся "извне" палестинские террористы.

Действительно, разрушительные устремления арабского меньшинства, выдаваемые за "права", не только сохраняют здесь всю свою легитимацию именно в силу его не-принадлежности к еврейскому национальному единству, но, более того, их малейшее поражение, или только видимость его - опять-таки именно в силу этой не-принадлежности - трактуется как преступный расизм. В то же время грубейшее поражение прав меньшинства еврейских поселенцев, которое выглядело бы откровенным антисемитизмом и расизмом, если бы осуществлялось в не-еврейском государстве, в нашем еврейском и демократическом государстве является более чем позволительным, ибо - несмотря на явное отношение к ней государства как к "врагам народа" - эта группа, как принято выражаться во все еще модных здесь терминах постмодернизма, не может быть, в отличие от арабов, истолкована как "чужой".

Что касается религиозных сионистов, то многие из них находятся, - независимо от того, отдают ли себе в этом отчет, - под влиянием все тех же социалистических мапайских культов, порою искренне истолковываемых ими в понятиях иудаизма . Иные, сохраняя более или менее неизменную приверженность тем же культам, присоединяют к таковым непонятно каким образом пришедшее к этим достойным еврейским людям мировоззрение исторического детерминизма (с аутентичным иудаизмом, опирающимся на свободу человеческого выбора, этот подход, являющийся одним из мировоззренческих источников тоталитаризма, не может иметь ничего общего).

Это во всех смыслах опасное мировоззрение служит, с одной стороны, психологически комфортным прибежищем в условиях существующего кризиса, обещая его приверженцам автоматически- гарантированное благоприятное будущее ("в конце будет хорошо"). С другой стороны, оно освобождает некоторых из тех, кто искренне верит в него, от необходимости реального протеста гибельной политике руководителей государства на основании убежденности первых в том, что новый и лучший тип еврейской государственности сам "вырастет" из нынешней деградации и распада.
В любом случае, как это бывало не раз и в некоторых других исторических ситуациях (см., например, Эрих Фромм. Бегство от свободы) - всегда, впрочем, связанных с судьбами еврейства - эта позиция освобождает ее приверженцев от чувства личной и коллективной, моральной и национальной ответственности за происходящее здесь и сейчас, но именно потому делает их реально ответственными за него, превращает их в его пассивных или активных соучастников, дающих ему детерминисткое опрадание.

А между тем прикрытое аурой лжедемократии антидемократическое правление, механизм которого остается непонятым и неосознанным не только евреями Израиля, но и еврейством мира, приводит шаг за шагом ко все более тяжелым и трагическим последствиям.

Самым страшным является то, что не только антидемократический по своему существу запрет на свободу слова и свободу протеста постепенно распространяется на все израильское общество. Также право на жизнь, которого уже довольно давно лишены еврейские поселенцы, пролитие чьей крови почти официально разрешено их собственным государством (см. Давид Бедин. Вайсглас - Рашид - Шарон. Договор пока еще в силе. "Макор ришон", 11\07\03, - переревод на русский) ставится ныне, в контексте кампании массового освобождения правительством Шарона палестинских террористов, под огромный знак вопроса уже в отношении всего еврейского населения Израиля. Можно ли уже сейчас назвать этот процесс разрешенной Катастрофой - на этот невыносимый вопрос пусть каждый попытается ответить самостоятельно. Я не хочу навязывать свое мнение на этот счет никому. Лишь об одном хотелось бы сказать в этой связи.

Самое опасное - это бегство как от вопроса, так и от необходимости дать на него честный, хотя и сколь угодно болезненный ответ.

Еврейство государства Израиль - угроза миру и демократии

      "Вследствие Шестидневной войны в израильском обществе начался процесс возвращения к еврейским корням, и его разнообразные проявления оказались гораздо более глубинными, нежели вызванный войной национальный энтузиазм....Однако параллельно этому был инициирован процесс противоположного направления, который набрал силу в восьмидесятые годы и сумел, в конце концов, нейтрализовать тягу к еврейским корням: конфронтационные столкновения вокруг религиозного сионизма и "религиозного диктата", резкая поляризация в обществе вокруг темы "Целостной Эрец-Исраэль", способствовали переформулированию концепции либеральной демократии и соответствующей ей системы ценностей в направлении придачи ей статуса тотального мировоззрения, определяющего личную идентификацию и образ жизни представителей секулярной левой.
      Это была воинствующая альтернатива как еврейской религиозной, так и еврейской национальной идентификации....Секулярная левая обрела в ней инструмент, позволяющий выдвинуть требование, в соответствии с которым ее неолиберальные принципы ...подчинят себе религиозные и национальные ценности. Ее взгляды, представленные в качестве демократии, стали с этого момента диктовать общественно-культурный образ жизни в государстве Израиль.
      ...Так образовался радикально-секулярный "пост-сионизм", являющийся в то же время "пост-еврейством". На базе этого народилось новое издание "израильской идентификации": не национальное завершение еврейской идентификации, а абсолютная альтернатива последней". Элиезер Швайд. Сионизм, который после сионизма, ивр., Иерусалим, 1996, с. 52

      "Исходным основанием школы тоталитарной демократии является посылка о существовании одной и единственной политической истины...Если граждане отклоняются от этого обязывающего всех абсолютного идеала, то мы можем игнорировать их, позволительно заставлять их силой и угрожать им, чтобы они подчинили себя этому идеалу - и все это не будет считаться реальным нарушением демократических принципов...". Яков Тальмон. Начало тоталитарной демократии, ивр., изд. 1987 г., с. 1, 3

      Шимон Перес, в выступлении на заседании кнессета 12.06.02, отвечая на предложение правых создать парламентскую комиссию по расследованию обстоятельств заключения соглашений Осло: "ОСЛО - ЭТО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИСТИНА! Ему нет альтернативы!!!!"

      "Тоталитарное мессианство сформировалось как система, в которой группа, видящая себя в качестве просвещенного авангарда общества, присваивает себе право, и даже видит своей святой обязанностью, силой навязывать несогласным высокие нормы свободы". Там же, с. 5

Еще в мае 1998-го года небезызвестный арабо-израильский политик Азми Бишара, являющийся объектом преклонения израильской левой интеллигенции, трепетно прислушивающейся к каждому изреченному им слову и видящей в нем блестящего интеллектуала, сообщил нам (интервью Бишары Ари Шавиту в "Гаарец" от 29.5.98), что мы - не народ, и наше государство должно перестать быть еврейским, ежели желает быть демократическим. Он также сказал, что видит своею целью в качестве члена кнессета опирающуюся на легитимные демократические парламентские методы борьбу за отмену еврейского характера государства Израиль. Он не скрыл, что с его точки зрения это часть общей борьбы палестинского народа. Впрочем, - уточнил этот обучавшийся в хоннекеровской Восточной Германии панарабист и коммунист, доныне поклоняющийся культу Насера (о чем подробно говорилось в том же интервью) - "палестинский народ" это не вполне точное название, ибо те, кого называют палестинцами , являются на самом деле органичной частью великой и единой арабской нации.
Я предложила своим тогдашним студентам, обучавшимся у меня проблемам демократии (мне важно отметить, что этот опыт я предприняла отнюдь не в находящемся под перманентным подозрением религиозном университете, а во вполне пристойном колледже, являющемся филиалом еще более пристойного университета в Негеве), проанализировать это интервью и посвятила почти поллекции его обсуждению. Большинство из них пришли к выводу, что случай Бишары аналогичен обстоятельно изучаемому в курсах по демократии случаю Гитлера, с тем отличием, что последний использовал демократию для прихода к власти, чтобы затем уничтожить ее самую, тогда как первый использует израильскую демократию для уничтожения еврейскогогосударства . Даже самые радикальные леваки из числа моих студентов выразили глубокое недоумение по поводу того, что этот открытый враг находится в израильском кнессете. Студенты также вспомнили, что один из параграфов государственного закона, на основании которого была в свое время запрещена партия "Ках", утверждает, что запрещению подлежат также партии, целью которых является отмена еврейского характера государства Израиль.

С тех пор утекло немало воды и еще больше пролилось еврейской крови. Против Бишары было открыто расследование по подозрению во враждебной деятельности по отношению к государству Израиль, юридический советник правительства рекомендовал лишить его и возглавляемую им партию права участвовать в последней избирательной кампании, но израильская демократия, в лице назначающего самого себя Верховного Суда, отменила реализовавшее эту авторитетную рекомендацию решение избирательной комиссии.

Просвещенные израильские либералы заполнили, в этой связи, чуть ли не все радиоканалы и газетные страницы своими восторгами по поводу торжества демократии, проявившегося "в победе принципа свободы слова над принципом обороняющейся демократии". Но как только наступил очередной сезон охоты за ведьмами, то есть за врагами демократии и мира в лице поселенцев, их форпостов и их раввинов, все как-то вдруг опять перемешалось и первернулось, и принцип обороняющейся от евреев демократии стал превалировать над принципом свободы слова для этих ее заклятых врагов.

А между тем, государство Израиль уверенно продвигается в направлении, еще тогда указанном демократом из демократической школы ГДР Азми Бишарой навстречу им же определенной цели. Не только логика событий, но и все известные нам в этой связи эмпирические факты показывают, что "Дорожная карта" - это именно та дорога, и ведет она именно туда .

В момент , когда пишутся эти строки, по радио говорят, что Египет и Саудовская Аравия предпринимают серьезные усилия с целью присоединения к "Дорожной карте" также Сирии. И в моей памяти всплывает сообщение корреспондента "Коль Исраэль" Арье Гуса о содержании передовицы в правительственной сирийской газете "Тишрин", мельком прозвучавшее в новостях 8 июня 2003-го - считанные дни после саммита в Акабе. В газете говорится, - рассказывал Арье Гус, - что наглое требование о сохранении еврейского характера государства Израиль является проявлением невиданного экстремизма. "Еврейство Израиля включает в себя враждебность и угрозы, превосходящие все, что только можно представить", - цитировал Гус слова из статьи, - "оно превратит мир (шалом) в кровавые развалины". И еще одну цитату из того же источника привел с неким едва уловимым оттенком печали в голосе (или мне только показалось, что я уловила ее?) израильский журналист: "Нет никакой возможности отделить израильское еврейство от израильской агрессии".

Если бы я не была знакома с пересовским разделением между евреями и израильтянами, если бы я не узнала из книги профессора Элиезера Швайда, когда и с какою целью была создана нынешняя демократия, правящая моей обстреливаемой, взрываемой, униженной и уничтожаемой страной, если бы я не знала, как руководимое этой демократией государство арестовывает еврейского поселенца из Хеврона , на руках у которого была убита снайперской пулей палестинского нациста его годовалая дочь, и не позволяет ему встретиться со своим адвокатом, если бы все это не происходило именно в те самые дни , когда из израильских тюрем выходят на свободу сотни таких убийц-нацистов - то, возможно, слова из сирийской газеты показались бы мне сумасшедшим бредом авторов статьи. Но я знаю все перечисленное выше, и наряду с ним многое другое. И потому проявлением сумасшествия, бреда и воплотившегося в политику ужаса представляется мне наше собственное , израильское бытие.

Но я думаю о "молодежи холмов", которая "ни у кого не служит", как охарактеризовал ее мой товарищ, хорошо знающий этих евреев, этих наконец-то появившихся в нашей стране независимых и свободных людей. И я думаю о мужественных раввинах, против которых поднялась вся лицемерная сила псевдодемократии; кровавого "шалома"; сублимируемого в "сочувствие угнетенному палестинскому народу" щенячьего, подлого, рабского страха перед убийцами собственного народа; звериной, варварской страсти к наживе любой ценой, в том числе самой страшной ценой , за которую нет, не может быть и не будет прощения тем, кто, движимый ею, совершает преступления, подобных которым, может быть, еще не было в истории людей .

Я верю, что Небесный Судья накажет за эти преступления. И я молюсь, чтобы Он засчитал в заслугу еврейскому народу святую кровь его преданных и убитых сынов и дочерей. Я умоляю Его простить нас за то, что мы все еще обманываем себя иллюзиями, играем в игры политической арифметики и делаем вид, что верим сидящим в этом правительстве сочинителям альтернативных "политических программ", вместо того, чтобы признать и во весь голос крикнуть еврейству мира - но еще более и прежде всего самим себе - о том, что в действительности происходит здесь, на Святой Б-гом данной многострадальной еврейской Земле.
И еще я думаю, что Он, наш Небесный Отец, Ждет нас. Ждет этого нашего крика бесстрашной правды. Ждет нашей ответственности и нашего свободного выбора - выбора жизни, восстающей против смерти и тлена. Ждет, когда же, наконец, появятся среди нас Нахшоны, готовые броситься в море.
Я верю, что они появятся. И тогда море расступится. И хлынет немыслимый, - изгоняющий всю эту ложь, всю скверну, все это притворяющееся жизнью небытие, весь этот мрак, всю эту невыносимую нежить - Истинный, Великий, Чистый и Священный Свет.    


 

22 июля 2003


Авторский сайт Раисы Эпштейн

К главной странице>>